Озеро окружал небольшой цветочный луг. Наверное, таких цветов просто не существует в природе, их отличает необычный цвет и форма. Словно лёгкий перезвон слышен от каждого бутона, цветы общаются между собой каплями лёгкой росы.
Постепенно, луг переходит в лес. Лес, полон величавых стройных деревьев, окружён чистым запахом хвои и трав.
Прекрасный пейзаж, словно сошедший с картинки из книжки, к тому же дополненный тихим шелестом листьев, трелью птиц и терпкими ароматами живой природы.
Но вот, деревья становятся все жёстче, они меньше покрыты листвой, а скорее похожи на одиноких отшельников, вцепившихся в последнюю, хоть сколько-нибудь плодородную почву своими грубыми корнями.
Лес редеет, и вот мы видим уже не ровную долину, а подступ к горе. Даже подняв голову максимально высоко, вряд ли можно увидеть конец этим горам, их макушки скрываются под облаками. Как же выбраться отсюда? Куда бы ни пошёл очутившийся здесь странник, всюду он будет натыкаться на пологий склон гор, камни которых не запятнала нога человека.
Но если подняться вверх, вслед за солнцем, так любезно осветившим нам дорогу? Постепенно, ветер поднимается, он уже не ласкает волосы и не щекочет лицо. Он усиливается, срывает мелкие камни и пыль, с яростью неся их прямо к глазам, словно пытаясь спрятать что-то от любопытного человеческого взора.
Ещё выше... В некоторых местах камни резко обрушены, будто чудовищная стопа разломала их, нарушив заведомо ровные склоны. Горы все ростут, она сплетаются в общий узор, и ты уже не помнишь, что где-то там, внизу, летают бабочки над чудесными цветами.
Температура резко понижается, холодно так, что камни покрывает легкий ледяной налёт. Он никогда не растает, ведь солнце уже не будет нежно греть его замороженную гладь.
Вокург только скалы, камни, ущелья... На много километров вперёд нет ни жизни, ни света, ни тепла... Но так ли это?
Внезапно, напряжённую тишину гор прорезает громогласный рык. Он полон власти, жуткой и непоколебимой, от него застывает кровь в жилах, и сердце делает кульбит. Нечеловеческое рычанье вновь повторяется, уже с удвоенной силой. Со склонов величественных гор слетают мелкие камни. Небо, будто вторяя рычанью, пускает яркую молнию. Она вместо солнца освещает каменную пустошь вокруг.
Жуткое существо подаёт свой глас вновь и вновь, и вот уже из самых недр идут толчки. Постепенно, несколько крупных скал слегка откалываются, будто открывая ворота, а из ворот вылетает огромное чёрное существо. Освещенное лишь вспышками молний, оно расправляет могучие крылья, в яростно порыве протягивает голову к небу и...
Падает вниз. Дракон, а это был здоровенный дракон с блестящей чёрной чешуей, коконом обвивает крылья вокруг мощного туловища и камнем летит вниз.
Этот жуткий свободный полет, сопровождаемый ревом ветра и раскатами грома (уже непонятно, дракон ли это кричит или небо), длится не более десяти секунд. И дракон с ужасным грохотом подаёт на землю, прокатившись несколько метров по острым камням.
Вспышка, рев... И огромной туши дракона уже нет. На его месте, в темноте, слегка вырисовывается силуэт человека.
Глава 4.
Я пыталась вынырнуть из сна, как из глубокого колодца. Веки словно налились свинцом, а тело не хотело подчиняться.
Вообще, я до сих пор не поняла, сон ли это был, настолько реалистичной показалась стоящая перед глазами картина. В ушах стоит этот жуткий рев...
Почему я так спокойна? Уже давно пора проснуться с криком и забыть это видение как забываются все сны. Но внутри меня нет крика, скорее волнение и... Толика любопытства.
Что случилось с этим драконом? Выжил ли он? И почему его рык был настолько полон боли? Вопросы вперемешку с образами крутятся в голове, не дают мне выбраться из пучины сновидений.
Постепенно я возвращаюсь к реальности : слышу треск масла на сковородке и ласковое пение бабушки. Запах свежего горного пространства и грозы заменяет аромат моей любимой овсянки с фруктами. Да, я, не в пример многим детям моего возраста, предпочитаю есть кашу на завтрак. Но только на завтрак, все остальное время полностью одаю себя бабуличкиным шанежкам и пирожкам.
Наконец я смогла разделить глаза. Сразу сожмурила их от яркого, пусть и приглушенного занавеской света.
Титанических усилий стоило просто подняться с кровати, в голове набатом били барабаны. Странное чувство опустошенности и нереальности происходящего накрыло меня.