— О, началось, — гном подался вперед и выглянул за борт надстройки. Я, стараясь все же удерживаться одной рукой за шпангоут подался следом.
Купец, на корабль которого мы стремительно падали и которого, как я и предполагал играли в темную, все понял правильно. И поэтому резко начал набирать высоту гася скорость и одновременно сбивая нам выход из пикирования по высоте. Но, помимо этого, он еще и начал резво поворачиваться к нам бортом, на котором стремительно открывались орудийные порты.
— Черт… Попали… — вырвалось у меня. Но гном лишь на это усмехнулся и ободряюще проорал мне почти в самое ухо.
— Не ссы парень! Не впервой!
Я не успел ехидно уточнить, что конкретно не впервой, попадать под полный залп или пролетать мимо цели, когда Синий Пес стремительно пролетел вниз мимо купца. Борта того окутались паром, но судя, потому что у нас не раздался треск разбиваемой обшивки и вообще все было относительно тихо, залп прошел мимо. И вот, когда мы были под самым днищем купца, я ощутил тяжесть в желудке, гном хитро подмигнул, а наш корабль стал подниматься, гася скорость и выполняя горку наоборот. Вот показался борт преследуемого корабля. Гном сам юркнул под прикрытие борта заодно втащив туда и смотрящего вокруг с раскрытым ром меня. Раздалось два залпа. Практически одновременно от чего борта и палубы кораблей окутало паром, затем я услышал треск ломаемого дерева, и в сторону купца полетело множество канатов с крючьями на концах. И как финал взметнулась и опала на палубу соседнего судна абордажная сеть, намертво связав и запутав два корабля.
Наши все одновременно встрепенулись и стали выстраиваться в линию готовые в один момент выставить перед собой окованные сталью ростовые щиты и монолитным строем двинуться на врага.
— Вперед! — взревел над палубой голос капитана.
— Вперед! — вторили ему из-под надстройки голоса гнома и боцмана.
— Вперед! — заревела команда, и первый ряд абордажной партии укрывшись за монструозными щитами и выставив в их стыки дула пистолей единым движением шагнул вперед, разгоняя своими телами стоявший вокруг туман. Уже через несколько секунд к реву команды добавились хлопки выстрелов, лязг железа, крики боли и дробный стук стрел о щиты. Уж этот звук я теперь безошибочно узнаю.
Я сглотнул, но все так же продолжал стоять, прислонившись к борту под навесом надстройки. Собственно, я ждал команды. Моя задача, любезно вбитая в меня на уроках капитана, заключается не в тупом прорыве стенка на стенку, который сейчас и в это время имеет место быть. Нет. Для такого мечников с двуручным мечем, на воспитание и обучения которых тратятся годы и годы, не надо. С этим и обычные ребята вполне себе хорошо справятся. Главное их для этого получше забронировать, навешать щитов и погонять месяц-другой по палубе дабы строй уверенно держали, да палили из пистолей пометче, а не абы как. Мечник же с двуручным мечем, облаченный в самые лучшие латы и увешанный как новогодняя елка защитными амулетами, нужен как раз для того момента, когда одна стена щитов упрется в другую такую же, только с противоположной стороны. И нужны мы именно для того, чтобы ее прорвать, смешать строй в коротком, но смертоносном рывке и дать возможность своей команде, которая строй не потеряла, спокойно добить разрозненного и деморализованного противника. Делать это можно по всему периметру соприкосновения, но лучше с фланга. И не в начале боя, когда есть еще возможности для маневра. Вот я и ждал команды. И она не заставила себя долго ждать.
— Чего стоишь скучаешь? — подошел откуда-то из глубин надстройки закованный в отливающие синевой стальные латы капитан, небрежно держащий на плече свой двуручный меч. — А ну давай за мной…
Я коротко кивнул. Приподняв забрало, сплюнул вязкую от травяной жвачки слюну, оттолкнулся от борта и также вскинув меч на плечо припустил за капитаном в туман. Пора работать.
До захватываемого корабля добрались на удивление спокойно. Ни тебе стрел, летящих со всех направлений, ни грифонов. Хотя стрелами-то тут все было буквально утыкано. Но сейчас то они не летели ниоткуда. Один только туман, но уже от выстрелов и уже рассеивающийся… И самое удивительное — отсутствие трупов обороняющихся. Вот наши раненые лежат то тут, то там и на нашем корабле возле борта и на их. У одного стрела из шлема торчит, но он от чего-то жив еще. Я их хорошо отличаю, у них у всех длинная синяя полоса краской на доспех нанесена, как и у капитана, как и у меня. Для опознавания в пылу драки, как я понимаю. И к ним уже спешат остальные из палубной команды, те кто в бою непосредственно накоротке не участвует. Собирают и тащат всем скопом к магу. А вот трупов оборонявшихся я пока не видел. А они должны быть потому как наши уже давно на их корабле и там судя по лязгам ругани и воплям идет нешуточный бой.