Некоторое время все молчали. Оба пришедших были одеты в темно-коричневые камзолы с поддетыми под них замшевыми жилетками, на головах носили какие-то ущербные шапочки — нечто среднее между ранее виденным на служанках чепцом, только почти черного цвета, и узкополой фуражкой, а на ногах несуразные на мой взгляд штаны, заправленные в замшевые же туфли. Один из них явно волновался. Второй, крупный светловолосый мужчина с квадратным мужественным подбородком, прямым носом и пересекавшим весь лоб шрамом смотрел довольно надменно, в мою сторону даже глазам не повел. В отличии от первого, что нет-нет да бросал на меня неуверенный взгляд.
Что-то пошло не так, подумалось мне, как только светловолосый заговорил.
— Вы приглашали нас, господин Эверли Далан Сальт… Хотя мне, наверное, лучше называть вас вашим более известным именем. Вы позволите, капитан Эвер Темный Глаз? — светловолосый смотрел прямо, с некоторым вызовом. — Так вот господин капитан, Мы откликнулись, пришли в этот банк и готовы выслушать вашу просьбу.
— О-о, уважаемый управляющий Рукель, — негромко откликнулся капитан, при этом светловолосый чуть заметно дернул щекой, не дождавшись ответного "господина" — Мы пришли не просить, а скорее сами выполняя просьбу главы вашего дома, уважаемого купца Милана Канна. Поэтому не могли бы вы поставить свою печать под этим контрактом и принять у меня, из рук в руки, этого юношу, любимого и единственного внука главы дома, — Томаса Кана…
Капитан, отодвинув локтем в стороны чашки уже разворачивавший выуженный из-за обшлага рукава свиток, неожиданно остановился и вопросительно посмотрел на холодно улыбающегося управляющего. А я точно и окончательно убедился — что-то пошло совсем не так как предполагалось изначально. И мне, несмотря на проснувшееся любопытство, как-то не по себе. Весь мой предыдущий жизненный опыт яростно шептал мне в подкорку, что такие вот «не так», редко заканчиваются чем-то хорошим.
— Уважаемый капитан, как бы вам так сказать… — управляющий покрутил растопыренной пятерней в воздухе как бы показывая деликатность и сложность вопроса. — Дело в том, что этот контракт не может быть действительным, так как не далее как три дня назад господин Кан вместе со своим внуком трагически погибли при взрыве Фрегата «Веселая Матильда» во время атаки конвоя Лиги.
— Как погиб!? — капитан застыл в удивлении, — Девять дней назад, я встречался с ним здесь в этом зале, и он лично просил меня спасти его внука…
— Сожалею капитан. Ничем не могу вам более помочь. — При этих словах управляющий местного отделения поднялся и уже практически обернувшись бросил. — Все необходимые бумаги по подтверждению моих полномочий заверенные печатью нового главы торгового дома Канна вам продемонстрирует мой поверенный.
Скромно до этого сидевший мужчина привстал и коротко поклонился.
— А теперь, уважаемый конт, мне придется вас покинуть, ибо дела ждать не будут. — С этими словами он окончательно развернулся и широким шагом уверенного в себе человека направился к двери.
Рукель назвал капитана контом, но «господин» больше не сказал. Хм… А капитан то у нас значит из этих… И была ли это ответка или намеренное оскорбление человека, судя по всему, благородного происхождения для меня пока оставалось не ясным. Додумать, впрочем, я не успел прерванный возгласом капитана.
Эвер Сальт в тот момент уже держал в руках свиток грамоты и бегло просмотрев остановил взгляд на подписи над золотистым оттиском печати торгового дома. Губы его скривились в неприятной гримасе, при этом он ни к кому не обращаясь пробормотал.
— Новый глава торгового дома — Вильям Канн… Демоны! Вильям Канн!!
Нас как ветром сдуло, в особенности меня. Так как ничего не понимающего и вообще не разобравшегося в ситуации пацана гном просто вытащил, прихватив под мышку. С учетом того, что ростом я его выше, то не трудно догадаться чего это мне стоило. Как бы привыкания не возникло.
Уже на улице сидя в коляске извозчика капитан, задумчиво почесав подбородок и посмотрев куда-то в сторону сказал.
— Вильям Канн всегда был крысой. А теперь, наверное, станет королем всех крыс по всей внешней гряде! — он невесело усмехнулся, — Но это, демоны, совсем не значит, что он хоть когда-то был дураком… Как думаешь Гурин?