Гном, до этого делавший вид, что пялится в сторону. С готовностью закивал.
— Да-да, капитан, вы полностью правы…
— В чем прав Гурин? Ты вообще слышал, что я сказал??
Гном снова закивал, нервно пощипывая при этом свою топорщащуюся бороду.
— Думаешь Вильям Канн, младший сын Милана Канна когда-нибудь походил на дурака!?
— Да, конечно… Тфу!! Конечно нет, капитан! Этот пройдоха облапошил нас в прошлый раз. А до этого обвел вокруг пальца Хромого Маха… Поэтому могу с уверенностью сказать, что он — кто угодно, но только не дурак! — выпалил рыжебородый одним махом все еще нервно щипая сам себя за бороду.
— Вот и я так думаю. А ты что скажешь? — тут капитан кивнул в сторону так и оставшегося пока для меня безымянным мага.
— Я думаю, что Гурину не дает покоя тот сундук с серебром, который Вильям со стражей забрали прямо у него из-под носа… — засмеялся маг. Но наткнувшись на серьезный взгляд капитана заговорил по делу. — Я не думаю, что Вильям отпустил бы мальчонку… — маг покачал головой, прикусил задумавшись на мгновение губу. — Это определенно исключено…
Тем временем торговые ряды закончились и повозка свернула на мощеную улочку вдоль ремесленного квартала ведущую в воздушный порт. То есть к открытому полю со вбитыми то тут то там здоровенными сваями.
— Сколько старик Милан тебе дал задаток? — неожиданно спросил маг капитана.
Тот хмыкнул, но все же ответил.
— Почти тысячу золотых… — тихо, чтобы не слышал извозчик, ответил он. И тут в глазах его мелькнуло явное понимание происходившего вокруг. Эвер Темный Глаз (хотя почему его прозвали Темный Глаз я решительно не понимал, потому как глаза у него были самые что ни на есть голубые, прям белокурая бестия, только волосы темные) опер задумчиво подбородок о подставленный кулак, побегал, не видя, туда-сюда глазами, зачем-то поднял указательный палец, но ничего не сказав значительно покивал своей догадке.
— Что? — поинтересовался несколько растерянный гном.
— Все потом Гурин, все потом… — при этом он хлопнул меня по плечу и усмехнувшись заглянул прямо в глаза. — Кто бы мог подумать… Сразу и не догадаешься!
Вот ведь как, я то думал что истина где-то рядом, а она оказывается уже здесь, но меня в нее посвящать пока не собираются. Жизненно, что могу сказать…
Всю остальную дорогу все молчали, только гном время от времени грустно сопел, видимо вспоминая упомянутый сундук серебра. Уже остался далеко позади ремесленный квартал и начались портовые склады. Потом как-то незаметно кончились и они. Сразу за ними дорога выскочила на открытое пространство и уже, наверное, минут через десять по моему представлению нас поднимали вдоль крутого выкрашенного в синий цвет борта в клетушке веревочного лифта на ручной тяге. Подняться на борт как и спустились по нормальным сходням в нижней части корпуса выходящим на причал не получалось так как там вовсю шла погрузка разгрузка, а так же поджидала группа стражников во главе с начальником порта. Впрочем, судя по реакции капитана и парочки брошенных им фраз я понял, что те ребята пришли торговаться за взятый им в последнем абордаже приз. То есть то судно, на котором неизвестные мне личности перевозили того самого пацана, в теле которого я, по какой-то причине оказался. Ну да вроде как Эверли Далан Сальт, капитан, все понял. А раз так, то может и мне, когда-нибудь, что-то да разъяснит.
Каюта капитана, куда меня вместе со всеми провели сразу как поднялись на палубу, представляла собой довольно большое и вполне светлое, за счет большого окна на корме судна, помещение. Деревянные стены были выкрашены красноватым лаком, кое-где были барельефы на растительную тему. На одной из стен висело два портрета. На одном из них художник весьма искусно изобразил рыжеволосую улыбчивую девушку с зелеными веселыми глазами, одетую в желтого цвета кружевное платье и стоящую в пол оборота к зрителю. На другом же красовался капитан собственной персоной. Только облачен он на портрете был в начищенные латы, отдававшие металлической синевой с выгравированном на них золотом узором, а также в широкополой шляпе с разноцветными перьями. При этом на плечо у него был закинут здоровенный двуручник. В правом же углу картины я заметил голубого цвета гербовый щит, на котором была изображена белая башня опоясанная сплетенной из зеленого и красного чего-то там, по задумке автора, веревкой. У девушки, кстати, гербовый щит тоже был. Только он был полностью красный с изображением стилизованного желтого льва. Было конечно же интересно, что за всем этим таиться, но вот вся эта лирика вполне может подождать. Мне же необходимо было прояснить ситуацию, что крышей я не поехал стало ясно уже довольно давно и, наверное, в какой-то мере радовало, осталось только понять какие перспективы меня после всего что за сегодня произошло ожидают. И судя по тому, что меня привели в капитанский кубрик вместе со всеми мне это вполне могут в той или иной степени в ближайшее время объяснить.