Я когда их шкуры на складе перекладывал, чтобы меха не свалялись обратил внимание какие у них здоровенные паруса-складки. Совершенно не удивительно, что они на них на манер летучего змея летают. А еще мех. У них, наверное, только за счет меху подъемная сила раза в полтора вырастает настолько он высок и пушист. Ну и, разумеется, белоснежный. Но с этим тут стандартно у всего животного мира. Исключение насекомые, которые тоже здесь есть. Но о них позже… Мясо белок идет на продажу. Да не такое вкусное, но едят его ничуть не хуже, чем остальное. А вот печень и прочий ливер идет на вытяжки алхимикам.
— Мы когда до места дойдем, — вещал мне Пуля, привычно промазывая жиром ремешки, — То Рас с Даком пойдут силки ставить. Рик стоянку будет выбирать, а Рап после на ней из саней да парусов дом походный будет вязать. Нас же с тобой погонят все округ проверить…
Тут Пуля замолчал и заговорщически подмигнул мне. Инстинктивно повторил киношный штамп и так умело. Ну откуда он только это берет! Если изнутри, то у него просто талант. Вот я лично если с кем заговор готовил в последнюю очередь таинственно подмигивать стал бы.
— Вот пока ходим, нам с тобой надо будет кровь из носу, но паутину ледяного паука добыть! — восторженно прошептал он. Причины его радости мне были известны. Обычно артель на ледяных пауков охотится избегала. Опасно это, да и выхлопа с мелкого паука нет почти. Только паутина, которую на «большую землю» и не продашь. Потому как она, хоть и очень прочная, однако свойства свои при более или менее теплой температуре теряла напрочь. И все что с ней не делай, что канат, что сеть в тепле порвется на раз. Вполне логично, что я могу еще сказать. Пауки то на леднике живут в промоинах больших да других укромных местах. И что характерно в тени. То есть там, где сильно положительных температур и не бывает. Что по мне так вполне объясняется метким названием. Паук то какой? Ледяной! А значит не собирается он жить в тепле где-то и местом обитания своим видит именно ледник с его специфическими условиями. Ну зачем тогда ему пыхтеть и рожать паутину, которая в тепле бы свои свойства сохраняла?
Но в нашем случае выбор паутины был оправдан. Рас сказал, что ненадолго занести ее в тепло можно, она как раз всю лишнюю липучесть свою растеряет, но прочность сохранит. А это даже хорошо, потому как Пуле еще плести с нее как веревку, так и сеть. Веревку и сеть для охоты на мертвяков возле гор. Так что паутины нам надо было много…
Глава 10
— Быстрее давай!!! Пуля, мать твою, сюда давай! — орал я на проскакивающего мимо меня парня со всей силы приложившись плечом к каменюке. Сбоку с трещащим от натуги рычагом пристроился раскрасневшийся Рас. — Все! Толкай!!!
Рас покраснел еще сильнее и камень слегка приподнялся, как раз на несколько миллиметров чтобы я смел подсунуть сбоку к образовавшейся трещине руку. В тот же миг сверкнула вспышка, а в воздухе вокруг потянуло холодом. Ага, это я снова сформировал руну огня и руну холода почти одновременно. Только руну холода еще раз повторил с запозданием, чтобы нам ноги вырвавшимся из-под камня все стороны паром не обожгло. А так, короткий взрыв помог нам с Расом и камень сдвинувшись завалил проход. Снаружи в бессилии взвыли мертвяки, а где-то вдалеке проревел костяной дракон. Ага, натуральный дракон, который тут не один, и который может летать! Не высоко правда и совсем не далеко… Но вот мне теперь очень даже понятно почему добычей эссенции жизни с летучих кораблей не промышляют. Перевелись промышляльщики… Мы вот за последнее время таких драконов штук пятнадцать видели, сидят себе на скалах, да в сторону моря поглядывают, ждут значит корма как кошаки у пищеблока. И ведь на скалы отвесные не забираются, но и вниз, к подножью не спускаются — лететь им обратно видать тяжело, много сил жизненных у их нежизни отнимает. Одно хорошо — плевать они на такую мелочь как мы хотели. Жаль, что все остальные неживые обитатели этой узкой полоски меж подножьем гор и ледником придерживаются диаметрально противоположного с точки зрения гастрономии интереса по отношению к нашей троице…
Все! Мы оба обессиленно стекли по стенке, утираясь от пота и тяжело дыша. А ведь с этой самой полуразрушенной башни мы только сегодня выбрались, пытаясь проскользнуть в сторону ледника к припрятанным там у небольшого ледяного холмика парусным саням. Вполне ведь получиться могло! Если бы не этот конь, мать его так, то и получилось бы скорее всего.