Капитан бросил на резной письменный стол свою треуголку. Подошел к стенке и раскрыв закрепленный на ней намертво шкаф выудил оттуда пузатую бутыль коричневой жидкости литра так на три. Я, разумеется, сразу сообразил, что это коньяк или еще какое спиртное и мысленно потер ладони, так как выпить сейчас было бы очень даже кстати… Из шкафа, выполняющего в этом мире почетную функцию бара, тем времени были извлечены четыре бокала толстого оплывшего стекла, в три из которых щедро плеснулось из бутыли. В четвертый же, окинув меня задумчивым взглядом и поставив бутыль на стол, капитан плеснул на донышко из выуженной из того же шкафа початой бутылки красного вина. И вот эти капли, предназначавшиеся мне, он еще и разбавил водой из графина! Водой! Хрен бы его побрал, да я уже в… а-а не важно когда, но такую бурду не пил.
Однако бокал мне протянули, и я критически на него посматривая принялся ожидать, чего там такого наш благородный товарищ соизволил понять.
За такими мыслями начало разговора я пропустил. Что-то не нравится мне такая манера — второй раз за неполных три дня. Понятно, что тело молодое, эмоции и все такое, но сознание то вполне сформировавшиеся и довольно циничное никуда не делось. Наоборот скорее, непонятно куда запихалось.
— …так вот. То, что внук старика Канна оказался, у нас это хитрость совсем не Вильяма, а самого старика! — тут Эвер Темный глаз выдержал некоторую паузу, после чего продолжил, — Это же очевидно… Просто сразу как-то в глаза не бросилось…
При этих словах он сделал глубокий глоток из своего бокала, довольно потянул воздух и поставил его на стол. Гном же осушил свой бокал единым махом.
— Думаю Малин Канн, прекрасно осознавал, что ожидает его вместе с внуком и видимо как-то помешать этому был не в силах… А так как прекрасно знал, что Томаса Вильям в живых не оставит, то… Хотя что это я, думаю непосредственный участник всей этой авантюры пояснит нам все гораздо лучше. Ну же, — махнул мне рукой он, — Томас, давай проясни нам, что твой дед задумал.
Вот тут я и понял, что все куда как хреновей, чем мне казалось после переговоров с представителями торгового дома. Я тяжко вздохнул…
— Эверли Далан Сальт, капитан Эвер Темный Глаз, правильно я говорю? — тот, глядя на меня ободряюще кивнул, как бы соглашаясь с произнесенным. — Капитан, — нерешительно произнес я, но увидев очередной одобряющий кивок собрался с силами и продолжил. — Тут такое дело…. Э-э-э, как бы по-простому сказать-то… М-м, короче я ничего, вообще нихрена, не помню!
Занавес. Гном заржал. Маг вскочил и бросившись к моей голове принялся лихорадочно ее осматривать грубо и больно вороша волосы. А капитан, как стоял, так стоять и продолжил, только залпом допил свой бокал, взял бутылку, налил еще, снова залпом опрокинул в себя.
— О-о, демоновы чресла! — выругался маг. — Проклятый Вильям обошел старика и тут… Смотри!!
И он больно ткнул куда-то у меня на затылке, при этом сильными пальцами другой руки повернув мою голову и показывая ее капитану.
— Но как… Это от старинной машины для чтения памяти!???? Но… тогда же мозг ему весь должно было пожечь к божественной заднице! Проклятье, что это значит!!
Охренеть, а я о чем! Я то все это который день как понять хочу! Мысленно возопил я, но тут маг снова заговорил.
— Это значит, что старика продали еще как минимум один раз, — устало пожав плечами ответил маг отпуская наконец мою голову и отойдя опустившись обратно в кресло. — А мозг его не вскипел потому, что старый прибор сгорел. Видел ожог на его затылке? Парню несказанно повезло… или не повезло… Смотря как посмотреть, — маг снова повернулся ко мне. Из обшлага рукава достал какой-то свиток, одним движением размотал и сунув мне под нос скомандовал, — Читай!
Немного опешив, но все же пожав плечами принялся читать мне незнакомые, но вполне понятные буквы.
— … взять две унции драконьей соли, пол унции черной серы…
— Ну, поняли? — довольно сообщил маг одной рукой машинально скручивая отобранный у меня свиток и запихивая его обратно за обшлаг рукава другой руки.
— Нет, — практически синхронно выдохнули и капитан, и гном, и я сам. Маг при этом только покачал головой и скривив гримасу на лице откровенно недовольно сообщил.