Назир понял, что вопрос решен.
— Ты знаешь, Кичибатыр, я не могу об этом поговорить с Ахманом.
— Почему?
— Только хуже будет. Я над ним часто подшучивал, он сейчас обозлен, зачем это?
— Ладно, я сам поговорю. А с Азаматом до среды обязательно надо обсудить все.
Кичибатыр взял со стола ручку и задумался. Назир смотрел на секретаря, на знакомые полоски орденских планок у него на груди. Два ордена боевого Красного Знамени... Один за мужество в битве под Москвой, другой — за взятие в плен немецкого офицера. И медаль «За победу над Германией» — ею Кичибатыр очень гордится. Много времени прошло, но рассказывает он о тех днях каждый раз с волнением.
— Ты, Назир, — заговорил Кичибатыр, выводя на бумаге имя Фаризат, — проверь работу клуба, не забудь.
— Клуб работает хорошо, сам знаешь.
— Чтобы он и в дальнейшем так работал.
— Ясно.
Назир попрощался и ушел. Он шел и думал о Вале. Где-то она теперь? И что сказал ей о нем Борис Петрович? Эх, судьба, судьба, разлучила ты нас! А он-то, слепец, никак не мог понять Валю! Не знает человек своего будущего до конца, так, чтобы все как на ладони... Может, это и хорошо, иначе жить было бы совсем неинтересно. Или страшно, если тебя, например, ждет автомобильная катастрофа. Но было бы очень здорово, если бы он, Назир, хоть в одном случае обладал даром предвидения, — знал бы, что Валя приедет в аул. Как бы он ждал ее! Смотрел бы весь день на дорогу... Что поделаешь, судьба решила иначе... Но, честное слово, надо эту самую судьбу покрепче взять в свои руки!
7. В СПОРАХ РОЖДАЕТСЯ ИСТИНА
Вот и зима пришла в горы. Настоящие холода, правда, еще не наступили. Снег идет часто, но и солнце не забывает нас, согревает ласковыми лучами еще не промерзшую землю, и оттого снег быстро тает, не мешает работать. И строительство ГЭС идет полным ходом, ни на минуту не останавливается. У строителей бодрое, хорошее настроение, а лучше всех, пожалуй, — у Асхата.
Вы спросите: почему? Ну, прежде всего, когда дело спорится — и душа веселится. Кроме того, есть у него еще одна особая причина для радости: осенью они с Ариубат сыграли свадьбу.
Славная была свадьба — веселая, комсомольская. И что особенно дорого — старики пришли поздравить молодых, признали, выходит, новые обычаи... Ведь раньше как было? Невеста весь вечер сидит под покрывалом в углу, в отдельной комнате, скучает, бедняжка. А жених пирует с друзьями. Хорошо ли это? Нет, у Асхата и Ариубат все было по-другому. А гостей сколько собралось — и односельчане, и из района приехали, и со строительства, конечно! На второй день заехал и Батыр Османович, поздравил молодых. Тостов же и добрых пожеланий было столько, что, кажется, переженись все комсомольцы района, — на всех хватило бы...
Сейчас у Асхата работы — выше головы, и дома, разумеется, приходится бывать редко. Хорошо еще, что жена попалась умная и добрая — не ворчит, не жалуется. Понимает, как трудно ему сейчас.
Техника на строительство все прибывает и прибывает. Ребята успешно осваивают новые механизмы. Организованы краткосрочные шоферские курсы: без этой специальности теперь нельзя. Сел за баранку и наш Асхат: ничего, неплохо, говорят, у него получается. Да что Асхат! Шамиль и тот учится водить самосвал. Бетон-то теперь не таскают вручную, на носилках, а возят на машинах...
Появились на стройке и новые люди. Вот, хотя бы Ахман. После того как его с треском освободили от ответственной должности секретаря сельсовета, он, оскорбленный в лучших своих чувствах, и дня не пожелал остаться в родном селении. Приехал на стройку и, минуя Асхата, прямо заявился к Малкарову: так, мол, и так, хочу у вас работать и притом — непременно вместе со своим старым дружком Шамилем. Прораб, не разобравшись, согласился и вот теперь, извольте радоваться, — два лентяя в одной бригаде. Асхат не на шутку рассердился, узнав об этом, да уж было поздно.
— Ты что такой мрачный, Ахман, не смеешься, на девчат не глядишь? — спрашивает Шамиль, прихлебывая горячий суп.
— Э, брат, знал бы ты, какие у меня трудности!
— Зачем нам трудности? Нельзя ли жить полегче?
— Нет, брат, не могу...
— Выше голову, плюй на все! Может, вечерком тяпнем слегка?
— Не возражаю.
— Вчера я немного того, голова гудит... Значит, до вечера!
Обеденный перерыв подходит к концу. Бригада Башира принимается за дело.
Любо-дорого смотреть, как ладно и споро работают ребята. Не зря «башировцы» держат первенство на всем участке. И Лариса втянулась — не отстает от парней. В паре с Хусеем девушка работает на заливке бетона. Быстро и размеренно мелькают ее руки, уверенны и точны движения.