Ахман повалился ничком на койку. Асхат ничего больше не сказал и вышел из комнаты. Тихо притворил за собой дверь.
Он был доволен сегодняшним разговором с Ахманом. Пусть, пусть подумает, дуралей! Может, еще не все потеряно, может, еще сохранилась у него в душе хоть капля совести, а в дурной башке — крупица разума... Хочется верить, что он опомнится. А если нет, если все пойдет по-прежнему? Не зря ребята говорят: «Да ну их к чертям, этих лодырей и пьяниц! От них — вся беда, дурной пример другим. И без них справимся, нам такие не нужны». «Но, может, я спешу с выводами, думает Асхат. Вспомни, как учил Батыр Османович: выдержка, выдержка и еще раз выдержка, успокойся, комсорг. Ну, ладно, сегодня мы их выгоним отсюда. Куда они пойдут, в какой коллектив попадут? Да к тому же — хороший подарочек мы сделаем кому-то! Скажут, небось: сами не справились, нам подкинули... Нет, так не годится. Не надо спешить... Башир тоже виноват: возится со своим Хусеем, налюбоваться на него не может! А Хусей и без его забот отличный парень и работник хоть куда. Вот что, пожалуй, нужно сделать: разлучить эту парочку, Шамиля с Ахманом, оторвать их друг от друга. Шамиля переселить к Хусею, а Ахмана к Баширу. И потом вот еще что: лодырей этих мы все время браним на чем свет стоит, проводим с ними душеспасительные беседы... А надо попробовать приободрить их немного — похвалить за старание, поощрить малейший успех, вселить в них хоть какую-то уверенность в своих силах. Может, так, постепенно и втянем их в работу, сдружим с коллективом.
В таких размышлениях Асхат и не заметил, как дошел до участка Башира. Бригада работала так дружно и весело, что у Асхата сердце загорелось — подбежал к Баширу и, дурашливо саданув его в бок, выхватил у него широкую совковую лопату и сам начал отгребать в сторону щебенку и прочий строительный мусор, перемешанный со снегом. Славно работалось на морозном воздухе!
Хусей переглянулся с Ларисой. Так уж у них повелось теперь: где она — там и он, где он — там и она. Молчаливого парня не узнать, он теперь, как щегол, трещит без умолку.
Впрочем, работать это ему не мешает. Наоборот, надо же покрасоваться перед Ларисой своей силушкой!
— Товарищ комсорг, — подмигнул он Ларисе, — за что Баширу такая честь? Отдыхает, когда мы трудимся! Уж не за то ли, что он все время отвлекает нас от работы своими прибаутками да загадками?
— Неужели он у вас такой знаток загадок? — отшучивается Асхат. — Ну а ты сам? Не сомневаюсь, что ты нам загадаешь сейчас не меньше трех загадок. А?
Хусей, не ожидавший такого оборота, растерянно морщит лоб.
— Ты что, кость проглотил? — посмеивается Лариса.
— Да я ничего, просто не хочется повторяться и отбивать хлеб у Башира, — отвечает Хусей. — Может, Лара скажет нам что-нибудь новенькое!
Девушка с притворным негодованием замахивается на него лопатой. Асхат и Башир, не желая мешать дружеской перепалке, отходят в сторону. Милые бранятся — только тешатся.
В это время к бровке канала подкатил газик, и из него выбрались два женственных создания. Башир и Хусей, гулявшие у Асхата на свадьбе, сразу узнали Ариубат и Ханифу.
— Э-ге-ге! — закричал снизу Башир. — Нашего полку прибыло! Милости просим к нам сюда — поработать немного!
— А мы не знали, что у вас воскресник, приехали с пустыми руками! — откликнулась бойкая Ханифа.
Асхат быстро выбрался наверх и крепко обнял жену и сестру.
— Зачем приехали? — с ворчливой лаской в голосе обращается он к дорогим гостям. — В такой туман и заблудиться недолго.
— Ты, кажется, нам не рад? — надула губы Ханифа.
— Рад-то рад, но ты погляди, как Ариубат побледнела. Замерзла, Ариу? — нежно спрашивает он жену.
— Ну, я пошла к машине, — решительно заявляет сестрица.
— Что ты там забыла?
— Не хочу вам мешать!
— Ты лучше сходи в общежитие — там тебя Ахман ждет не дождется. Полюбуйся на своего непрошеного женишка!
— Брось ребячиться, Асхат! Говорят, он совсем от рук отбился?
— Да. Я утром был у него. Радоваться нечему... Стоит парень на краю пропасти. Ветер дунет, и он свалится вниз...
— Асхат, — быстро и озабоченно заговорила Ариубат, — нужно что-то предпринять. Нас и отец Ахмана просил передать тебе, что он очень озабочен судьбой сына и умоляет приложить все усилия для того, чтобы спасти его. На старика жалко смотреть.
— Видно, голубка, ты специально для этого приехала, а я и не догадался сразу, — улыбается Асхат.