– Мы заедем за Джейсоном? – спросил я.
Пайпер, сидящая рядом, опустила дротик в духовую трубку:
– Да нет, не нужно. К тому же он сейчас на занятиях.
– А вот ты нет.
– Я переезжаю – ты что, забыл? Со следующего понедельника я пойду в школу в Талква. – Она подняла духовую трубку, словно это было не ружье, а бокал с шампанским. – «Тигры», вперед!
Почему-то иронии в ее словах совсем не чувствовалось. И снова я задумался: почему она так легко смирилась со своей судьбой и готова была, поддавшись напору Калигулы, отказаться от той жизни, которая была у них с отцом здесь? Но раз уж она держала в руке заряженное оружие, спрашивать об этом я не стал.
Мэг просунула голову между спинками наших сидений:
– Нам не нужен твой бывший парень?
От неожиданности я резко крутанул руль и чуть не сбил какую-то бабушку.
– Мэг! – возмутился я. – А ну сядь как следует и пристегнись. Гроувер… – Я взглянул в зеркало и увидел в зубах у сатира полоску серой материи. – Гроувер, хватит жевать ремень! Ты подаешь дурной пример.
– Извини, – сказал он и выплюнул ремень.
Пайпер взъерошила волосы Мэг и легонько толкнула ее назад:
– Отвечу на твой вопрос: нет. Мы справимся и без Джейсона. Я проведу вас в Лабиринт. В конце концов, это было мое видение. Этим входом пользуется сам император, так что он должен привести нас прямо в центр, где он держит вашу Сивиллу.
– А что вы видели там в прошлый раз? – поинтересовался я.
– Все как обычно в Лабиринте: ловушки, коридоры, меняющие направление. Были какие-то странные существа. Стражники. Трудно всё описать. А еще был огонь. Много огня.
Я вспомнил видение о Герофиле, которая стояла, воздев скованные руки, посреди заполненной лавой комнаты и просила у кого-то прощения.
– Так вы не видели оракула? – спросил я.
Мы проехали почти полквартала, а Пайпер все молчала и только глядела на океан, то и дело мелькавший между домами.
– Я не видела, – наконец ответила она. – Но был момент, когда мы с Джейсоном ненадолго разделились. А теперь… я сомневаюсь, рассказал ли он мне обо всем, что с ним случилось. Уверена: он что-то скрыл от меня.
Гроувер наконец застегнул многострадальный ремень:
– Но зачем ему тебя обманывать?
– Это хороший вопрос, – сказала Пайпер. – А еще это причина, по которой нам не стоит брать его с собой в Лабиринт. Я хочу сама все выяснить.
Мне показалось, что Пайпер тоже кое-что скрывает: сомнения, догадки, переживания – а может, и правду о том, что случилось с ней самой в Лабиринте.
Ура, подумал я. Лучший способ придать остроты и без того опасному квесту – включить в него двух полубогов, которые в прошлом были парой, а теперь в разладе и, возможно, утаивают что-то друг от друга (и от меня).
Пайпер велела мне ехать в деловой центр Лос-Анджелеса.
Я посчитал это дурным знаком. Выражение «деловой центр Лос-Анджелеса» всегда казалось мне оксюмороном вроде фраз «горячее мороженое» или «военное образование». (Да, Арес, это подкол.)
Районы Лос-Анджелеса так и расползаются во все стороны. Деловой центр здесь просто не нужен, как в пицце не нужны кусочки манго. Да, конечно, среди унылых серых правительственных зданий и магазинов с закрытыми витринами пробивались и признаки делового центра. Пока мы петляли по улицам, я заметил новые многоквартирные дома, модные магазины и пафосные отели. Но как по мне, здесь это смотрелось ничуть не уместней, чем макияж на лице римского легионера. (А я пытался их красить, поверьте.)
Мы остановились рядом с Гранд-парком, который был вовсе не грандиозным, да и парком я бы его не назвал. Через дорогу от нас возвышался восьмиэтажный улей из стекла и бетона. Помнится, несколько десятилетий назад я уже бывал здесь – разводился с Гретой Гарбо. Или то была Лиз Тейлор? Вылетело из головы.
– Городской архив? – спросил я.
– Да, – кивнула Пайпер. – Но внутрь нам не надо. Припаркуйся вон там, где можно стоять пятнадцать минут.
Гроувер наклонился к нам:
– А если мы не вернемся через пятнадцать минут?
Пайпер улыбнулась:
– Я уверена, что работники штрафстоянки прекрасно позаботятся о машине мистера Бедросяна.
Выйдя из машины и следуя за Пайпер, мы подошли к зданию сбоку. Пайпер приложила палец к губам, призывая к тишине, и жестом велела нам заглянуть за угол.
Мы увидели протянувшуюся на целый квартал бетонную стену высотой фута двадцать три, в которой виднелись непримечательные серые двери. Я решил, что это служебные входы. Напротив дверей, примерно в половине квартала от нас, стоял весьма чудно́го вида стражник.