— Длинная история, — отозвалась облачная нимфа тоном, который подразумевал: «Я могу рассказать вам, но потом мне придется превратиться в грозовую тучу, много плакать, ударить вас молнией и убить».
— Суть в том, что несколько недель назад Пайпер приснился горящий Лабиринт. Она подумала, что найдёт способ достигнуть центра, и отправилась на поиски с… этим парнем, Джейсоном.
Этот парень. Моё тонко настроенное чутье подсказывало мне, что Мелли недовольна Джейсоном Грейсом, сыном Юпитера.
— Когда они вернулись… — Мелли сделала паузу, нижняя часть её тела закручивалась облачным вихрем. — Они сказали, что провалились. Но я не думаю, что это вся история. Пайпер намекнула, что там, внизу, они наткнулись на что-то, что… потрясло их.
Каменные стены Цистерны, казалось, заскрипели и задвигались в освежающем ночном воздухе, будто одобрительно отзываясь на слово «потрясло». Я подумал о своём сне, в котором видел сивиллу в огненных цепях, извиняющуюся перед кем-то, после того как поделилась ужасными новостями: «Мне жаль. Я бы спасла тебя, если бы могла. Я бы спасла её».
Обращалась ли она к Джейсону, Пайпер или к ним обоим? Если это так, если они действительно смогли отыскать Оракула…
— Нам нужно поговорить с этими полубогами, — решил я.
Мелли опустила голову:
— Я не могу отвести вас. Возвращение… разобьёт мне сердце.
Хедж перехватил малыша Чака другой рукой:
— Может, я смог бы…
Мелли послала ему предупреждающий взгляд.
— Да, я тоже не могу пойти, — пробормотал Хедж.
— Я провожу вас, — вызвался Гроувер, несмотря на то, что выглядел измученно, как никогда. — Я знаю, где находится дом Маклинов. Но, может, эм… мы могли бы подождать до утра?
Чувство облегчения охватило собравшихся дриад. Их иголки расслабились. Хлорофилл снова прилил к их лицам. Гроувер, может быть, и не решил все их проблемы, но он дал им надежду — или, по меньшей мере, чувство, что мы можем что-то сделать.
Я пристально изучил круг туманного оранжевого неба над Цистерной. Думал о пожарах, пылающих на западе, и о том, что может происходить на севере, в Лагере Юпитера. Сидя на дне котлована в Палм-Спрингсе, без возможности помочь римским полубогам или хотя бы узнать, что с ними случилось, я понимал дриад, привязанных к одному месту и с отчаянием наблюдающих, как лесные пожары подбираются всё ближе и ближе.
Я не хотел разрушать новообретенную надежду дриад, но обязан был сказать:
— Есть кое-что ещё. Ваше убежище, возможно, не безопасно.
Я рассказал им, о чём Инцитат говорил с Калигулой по телефону. И нет, я никогда не думал, что мне придётся докладывать кактусам о подслушанном разговоре между говорящей лошадью и мёртвым римским императором.
Алоэ Вера задрожала, стряхнув со своей головы несколько обладающих сильным лечебным действием треугольных шипов:
— Откуда они узнали об Эталесе? Они никогда не беспокоили нас здесь!
Гроувер поморщился:
— Я не знаю, ребята. Но… конь, похоже, подразумевал, что Калигула был тем, кто уничтожил это место много лет назад. Он сказал что-то вроде: «Я знаю, вы думаете, что позаботились об этом. Но это место по-прежнему опасно».
Лицо Джошуа цвета древесной коры потемнело еще больше.
— Это какая-то бессмыслица. Даже мы не знаем, чем было это место.
— Домом, — сказала Мэг. — Большим домом на сваях. Эти цистерны… они были поддерживающими колоннами, служили для геотермального охлаждения и водоснабжения.
Дриады снова ощетинились. Они ничего не говорили, ожидая, что Мэг продолжит.
Она подтянула к себе мокрые ноги, еще больше становясь похожей на нервную белку, готовую убежать. Я вспомнил, как она хотела покинуть это место сразу же, как мы добрались сюда, и предупреждала, что здесь небезопасно. В памяти всплыла строчка из пророчества, которую мы ещё не обсуждали: «И корни обретет Деметры дочь».
— Мэг, — сказал я максимально мягко, — откуда тебе известно об этом месте?
Ее лицо напряглось, но тут же приняло вызывающее выражение, словно она не могла решить, разрыдаться ей или побить меня.
— Потому что оно было моим домом, — сказала она. — Мой отец построил Эталес.
Глава 11
Трогай бога лишь
с видением хорошим.
И руки помой.
ТАК не делается.
Никто не встаёт и не уходит безо всяких объяснений сразу после того, как заявил, что это его отец построил таинственный дом на священном для дриад месте.
Конечно, именно так Мэг и поступила.
— Увидимся утром, — сказала она, ни к кому не обращаясь.