— Они — враги.
Её слова были остры, как её же скимитары, и давали понять, что она добавит меня в свой список «Бить до потери сознания», если я продолжу эту тему.
Я решил поучиться у Джейсона — двигаться к своей цели аккуратнее, под менее прямым углом.
— Мэг, я когда-нибудь рассказывал тебе о том, как я впервые стал смертным?
Она взглянула на меня из-под своего нелепо огромного шлема.
— Ты облажался или что?
— Я… Да, я облажался. Мой отец, Зевс, убил одного из моих любимых сыновей, Асклепия, за то, что он возвращал людей из Царства Мертвых без разрешения. Долгая история. Смысл в том, что… Я был безумно зол на Зевса, но он был слишком силен, и я боялся сражаться с ним. Он бы испепелил меня. Так что я отомстил другим способом.
Посмотрев на вершину яхты, я не увидел каких-либо признаков Джейсона или Пайпер. Надеюсь, это значило, что они нашли ботинки Калигулы и просто ждали слугу, который принесет им пару нужного размера.
— В любом случае, — продолжил я, — я не мог убить Зевса. Так что я нашел ребят, которые сделали его молнии, — циклопов. Я убил их за Асклепия. В наказание Зевс сделал меня смертным.
Мэг пнула меня по ноге.
— Ай! — воскликнул я. — За что?
— За тупость, — сказала она. — Убивать циклопов было тупо.
Я хотел запротестовать, сказать, что это было несколько тысяч лет назад, но побоялся, что получу еще один пинок.
— Да, — согласился я. — Было тупо. Но смысл в том, что… Я сорвал свою злость на ком-то другом, ком-то, кто был менее опасным. Думаю, ты поступаешь сейчас точно так же, Мэг. Ты срываешься на Калигуле, потому что он не так опасен, как твой приемный отец.
Я напряг ногу, готовясь к новой боли.
Мэг опустила взгляд на бронежилет на своей груди.
— Не в этом дело.
— Я не виню тебя, — поспешил я добавить. — Злость — это хорошо. Это значит, что ты развиваешься. Но помни, что ты прямо сейчас можешь быть зла не на того человека. Я не хочу, чтобы ты слепо лезла в битву именно с этим императором. В это сложно поверить, но он может быть ужаснее или опаснее Не… Зверя.
Она сжала кулаки.
— Говорю же, не в этом дело. Ты не знаешь. Ты ничего не понимаешь.
— Ты права, — сказал я. — То, что ты перенесла в доме Нерона… Я не могу представить этого. Никто не должен проходить через такое, но…
— Заткнись, — отрезала она.
Конечно, я замолчал. Слова, которые я приготовился сказать, закатились обратно в горло.
— Ты не знаешь, — повторила она. — Этот парень Калигула сделал достаточно мне и моему отцу. Я могу злиться на него, если захочу. Я убью его, если смогу. Я… — она запнулась, будто пораженная неожиданной мыслью. — Где Джейсон? Он уже должен был вернуться.
Я посмотрел наверх. Если бы мог, я бы закричал. Две огромные темные фигуры легко и тихо летели на нас, спускаясь на чем-то вроде парашютов. Потом я осознал, что это были не парашюты — это были гигантские уши. Через мгновение существа были уже около нас. Они величественно приземлились на оба конца нашей лодки, свернув уши и приставив к нашим шеям мечи.
Существа были очень похожи на охранника Большие Уши, которого Пайпер подстрелила у входа в Горящий Лабиринт, только эти были старше, и у них была темная шерсть. Их тупые, зазубренные с обоих сторон мечи были одинаково пригодны для битья и рубки. Я вздрогнул — это были кханды из Индии. Я бы похвалил себя за то, что вспомнил такой неочевидный факт, если бы одна из этих зазубренных кханд не была приставлена к моей яремной вене.
Потом я вспомнил еще кое-что: один из пьяных рассказов Диониса о его военных похождениях в Индии — как он столкнулся со злобным племенем полулюдей с восемью пальцами, огромными ушами и свирепыми лицами. Почему я не подумал об этом раньше? Что Дионис рассказывал мне о них?.. Ах, точно. Вот его слова: «Никогда, никогда не пытайся сражаться с ними».
— Вы — пандаи, — прохрипел я. — Вот как называется ваша раса.
Тот, что был около меня, оскалил свои чудесные белые зубы.
— Совершенно верно! А теперь будьте милыми маленькими пленниками и следуйте за нами. Или ваши друзья умрут.
Глава 26
О, Флоренс и Гранк,
Ла-ди-да, что-то, что-то
Скоро вернусь к вам
ВОЗМОЖНО, Джейсон, эксперт по физике, смог бы объяснить мне, как летали пандаи. Я этого не понимал. Каким-то образом они, даже с нами в качестве дополнительного груза, запустили самих себя в небо при помощи одних только ушей. Вот бы это увидел Гермес. Он навсегда перестал бы хвастаться, что может шевелить ушами.