Стараясь не растерять внезапной бодрости, она трусцой пробежалась до кабинета. Фрон Нудельс был несколько моложе доктора Штерна и худ, как макаронина или нитка бахромы. Ветер задувал в открытые окна кабинета, занавески отчаянно колыхались, но остальные предметы были тщательно закреплены, даже бумаги на столе были приколоты кнопками. Фрон Нудельс раскрыл папку, пробежал взглядом бумаги и удовлетворённо хмыкнул. Затем он открыл ящик стола и выудил оттуда папку еще более тяжелую, чем привезла Майя.
— А вот это, фрин, я прошу передать доктору Штерну. Кстати, не хотите ли вы пообедать? Вы, должно быть, проголодались с дороги, а у нас отличная столовая.
Майя с радостью согласилась. Столовая действительно оказалась хорошей и недорогой. Фрон Нудельс рассказывал про свои исследования, но вскоре над их столиком повисла пауза, которая нередко возникает между двумя людьми, которые понятия не имеют, о чём разговаривать с собеседником.
— Кажется, вы из Страны невосходящего солнца, — нарушил молчание фрон Нудельс.
— Да, — кивнула Майя, внутренне готовясь к худшему.
— А правда, что на вашей родине солнце вообще не восходит?
Худшее произошло, и Майя принялась объяснять, на её взгляд, очевидное:
— Ну, это не совсем так. Оно, конечно, восходит, но не всегда. У нас есть города, где оно вообще не заходит, светит круглые сутки. А есть, где появляется всего на пару дней в году. Там, откуда я родом, солнце может не показываться долгие месяцы, а потом не заходить несколько недель подряд. В общем, всё относительно…
— Гм, — глубокомысленно сказал фрон Нудельс и сделал вид, что его что-то заинтересовало в тарелке супа. К счастью, обед скоро закончился, и Майя заторопилась обратно.
Дорога до вокзала заняла у неё меньше времени, так как теперь она гораздо лучше управлялась с зонтом. Устроившись на сидении у окна, Майя в ожидании отправления поезда смотрела на станцию и на снующих туда-сюда людей с зонтами под мышкой. Даже у полицейских были свои чёрные форменные зонты с красной каёмкой. Но внезапно глаз Майи выхватил группу людей, у которых не было зонтов, также у них не было ничего отличительного — взгляд скользил по серым костюмам и не мог ни за что зацепиться. Но самое удивительное — на их лицах не было никакого выражения. И никакой индивидуальности. Хотя они не были близнецами, Майя не могла понять, есть ли среди них женщины, пофантазировать, кто из них серьезен по жизни, а кто балагур. Ей стало не по себе, и она перестала на них смотреть. А когда она снова украдкой взглянула, там уже никого не было.
Квадратный город
Спустя примерно неделю, доктор Штерн вновь передал Майе папку с исследованием.
— Вам предстоит навестить моего друга в Квадратном городе, — сказал он. — Как-никак, бывшая столица. Думаю, вам будет интересно хоть ненадолго выбраться из нашей глуши. Так что можете не спешить, если хотите, оставайтесь там на ночь и возвращайтесь на следующий день. Фрин Лада не упускала возможности походить по магазинам.
Майя проверила расписание поездов и всё же отказалась:
— Вечером идёт удобный прямой поезд, не хотелось бы его пропустить.
Как ни любила Майя Алемайн с его живописными и такими непохожими друг на друга городками, Квадратштадт ей не нравился. Он был слишком большим (ещё бы, второй по величине и первый по количеству жителей в стране), слишком шумным, да и глазу отдохнуть было не на чем — одни современные здания кубической формы с одинаковыми фасадами. Хотя постройки отличались по размеру и цвету, расставлены и раскрашены они были довольно безвкусно и неожиданно. Ряды серых построек вдруг прорезывал ярко-оранжевый куб, а кубы синего и зелёного цветов соседствовали с кричащими полосатыми, клетчатыми или даже в розовый горошек. Улицы в городе были прямыми, как по линейке, и пересекались строго под прямым углом. Из-за большого транспортного потока зелени в городе почти не было, а немногие чахлые деревья и кусты были подстрижены в форме куба. Угнетающее зрелище.