Из дедушкиного кабинета, который мы обнаружили в целости и сохранности, я решила сделать подобие музея: конечно, это не целый дом, но уже что-то. Посмотреть там действительно было на что, и оставалось надеяться, что дед, если его душа наблюдает за нами, — а я была уверена, что так и есть, — рад тому, что о нем не забывают.
Как ни странно, идеи для оформления первого этажа пришли быстрее: огромный зал в бежево-золотых тонах, светлая гостиная. Двухэтажную библиотеку мы захотели видеть темной, да и коридоры в разных частях здания тоже решили сделать разными, в том числе и для того, чтобы самим не запутаться. Мои художественные таланты были весьма посредственными, но порой мне приходилось рисовать наброски прямо на ходу, чтобы донести свои мысли еще и наглядно.
Закупка необходимых материалов сама по себе требовала не один день: даже если бы грузовик смог увезти столько за раз, то всю плитку, ткани и часть обоев было решено заказать из Италии, и доставку нужно было ждать почти неделю. Покупать что-либо для отделки жилых комнат тоже было бессмысленно: гораздо лучше будет, если каждый выберет дизайн на свой вкус. Кстати, дедушка в своем плане предусмотрел даже несколько детских, но и их лучше было пока не трогать.
Посовещавшись, мы решили начать отделочные работы уже во вторник: чем раньше начнем, тем быстрее закончим. С утра Ник остался руководить рабочими, а во второй половине дня мы все вместе поехали помогать. Я до сих пор не могла привыкнуть к размаху ремонта и стоимости того, что мы покупали в особняк: например, один из многочисленных каминов был малахитовым, а в проекте дедушки была даже — матерь божья — янтарная комната. Если бы до меня доходили все счета, я бы точно сошла с ума.
Чтобы не тратить время впустую, мы составили график дежурств. По будням в особняке находился Ник, после школы по очереди приезжала я или Таля, а в пятницу мы с Костей контролировали рабочих вместе. В субботу нам помогали Димас с Талей, которые крепко сдружились в последнее время, а в воскресенье мы с Костей оставляли их вдвоем: всё-таки надо было помогать бабушке по дому. Решив не искушать судьбу, мы уже не делали ничего своими руками, доверившись профессионалам.
Сегодня Костя задерживался: вторая неделя четверти подошла к концу, и почему-то именно сейчас администрации приспичило созвать родительские собрания. Чертыхаясь и кляня школьные правила на чем свет стоит, я поехала в особняк на такси. Мне повезло, что я хорошо запомнила дорогу, ведь иначе ни один таксист не довез бы меня по назначению.
До вечера мне предстояло одной руководить рабочими, и оставалось лишь надеяться, что родительское собрание закончится пораньше: наивное предположение, в общем-то, учитывая количество тем для обсуждения в выпускном классе. Из еды у меня была только пачка сигарет: нас запрягли внеплановой профориентационной беседой, которая затянулась на лишний час, и я так спешила, что напрочь забыла забежать в магазин.
— Привет, — я здороваюсь с Ником, — спасибо, что подождал.
— Да не за что, — брат улыбается. Мне уже не первый день кажется, что он понемногу оттаивает, но уверенности в этом нет: в конце концов, ни со мной, ни с Костей он в последнее время практически не видится.
Проводив Ника и перекурив вместе с рабочими, я убеждаюсь, что всё в порядке, и направляюсь на кухню. Мы пока не начинали ничего там делать, но были и электричество, и вода: я могла хотя бы заварить себе кофе. Пачку «Lavazza» и коробку чайных пакетиков мы приобрели уже на следующий день после начала работ в доме, правда, их не стало так быстро, что пришлось покупать еще.
После кофе есть не сильно хотелось, но было дикое желание постоянно курить и кричать. В среду, когда я приезжала в прошлый раз, всё было чудесно, но вчера Ник почему-то закомандовал делать ремонт одновременно на всех трех этажах. Это экономило нам кучу времени, но было физически невозможно находиться везде и сразу. Я носилась по особняку, как сумасшедшая, и к вечеру курила прямо на ходу, причем не переставая: рабочим тоже было не очень удобно работать таким образом, и то в одном, то в другом месте постоянно что-то получалось совсем не так, как надо.
Костя задерживался: почти весь МКАД в такое время стоял, и выехать из города было не менее проблематично, чем перемещаться по центру. У меня уже не хватало никаких нервов, и полчаса назад я просто орала матом так, что было слышно на всю округу. Рабочие боялись, что я окончательно поеду головой, и даже перестали устраивать балаган между этажами, и дом был погружен в относительную тишину.