Марс говорит, что план требует детальной проработки и четкого исполнения, вплоть до секунд, чтобы потом не вылезло неожиданностей. Марс говорит, что кому-нибудь из Елисеевских союзников, у кого отдельный офис, можно запустить сонный газ, чтобы одним махом устранить и бойцов, и координаторов, и их главного.
— Газ не пойдет, — вмешивается Таля. — Даже если его не заметят, то потом сразу догадаются, что во всем виноваты мы: больше просто некому.
На лице Марса — неприкрытое «как же с ними сложно, и за что они только мне достались», но выражение быстро сменяется на новый мозговой штурм.
— В принципе можно заменить кулеры с водой, но это знатно усложнит весь тайминг в целом. И, — он задумывается на мгновение, — нет гарантии, что каждый человек в здании выпьет воды и не останется никого, кто смог бы забить тревогу.
— К этому моменту мы еще вернемся, — заверяет Ник, — но вода нам подходит. Кажется, и Елисеев, и все причастные закупаются у кого-то из своих, мы будем вне подозрений.
Марс одобрительно кивает.
— Далее мы можем поджечь какой-нибудь крупный загородный склад: несильно, чтобы никто не пострадал. Здесь важно напугать, и чем важнее и дальше от Москвы объект, тем лучше. После поджога на ликвидацию последствий и охрану будут направлены все силы, и в нужный момент они не успеют приехать на помощь Елисееву.
— Ненадежно, — цокает языком Костя, заставляя меня прятать раздражение и смех за усталым вздохом.
— Можно поставить глушилку связи где-нибудь поблизости, — предлагаю в ответ. — И им никто не дозвонится, даже если очень захочет. Из того, что я уже успела изучить, оружие на всю Елисеевскую свору поставляет Чалов, и у него наверняка есть крупные склады.
Идея всем по нраву, и Марс помечает в своей тетрадке фамилию рядом с идеей избавления, а я в двух словах записываю в изрядно потолстевший за последний месяц ежедневник суть плана напротив фамилии и краткого досье.
— Было бы здорово обезглавить какое-то подразделение, — продолжает Марс. — Нужно прощупать почву, у чьих людей меньше самостоятельности, и временно устранить только их главного. Допустим, подошли бы явные проблемы с законом, чтобы объект был под колпаком.
— Мы так не делаем, — цедит Костя сквозь зубы.
С Жилинским нельзя не согласиться: органам правопорядка мы не сдаем даже врагов, это нехитрое правило — пожалуй, едва ли не единственное распространяющееся на всех — прописано у каждого из нас глубоко под кожей, и за его нарушение свои же разделаются с тобой, даже не моргнув глазом. Я думаю о том, что все равно не смогла бы навредить Косте или, например, Тале, что бы они ни натворили, потому что безумно их люблю, но следом приходит осознание, что они бы и не натворили ни за что — потому что это взаимно. Вот такой вот замкнутый круг.
Атмосфера накаляется в неловких перешептываниях за столом, и ситуацию снова приходится брать в свои руки. Взрослые люди, а огрызаются совсем как дети, ей-богу.
— У меня мысль, — ради таких моментов стоило научиться говорить тихо, но так, чтобы все слышали и мгновенно замолкали. Выдерживая паузу, неторопливо открываю лежащую рядом пачку «Собрания», дожидаюсь, пока Костя поднесет к зажатой в зубах сигарете огонек зажигалки. — Мы можем убить двух зайцев сразу.
Если не считать Елисеевского офиса, который мы пока трогать не собирались, в самом большом здании заседал Петр Васильевич Голубев, расположившись на целых восьми этажах, и логичнее всего было усыплять именно его офис.
Голубев вообще был не особо известной личностью: то ли через ресторанный бизнес доходы отмывал, то ли через ларьки в подземках — я никак запомнить не могла, да никто точного ответа и не знал. Может, у него офис напичкан вооруженной охраной сверху донизу, а может, он просто отмывает доходы всей шайки и получает с этой бухгалтерии свой процент, и в здании работает всего-навсего батальон экономистов с юристами да длинноногие секретарши, которые не очень-то сойдут за боевые единицы.
Чтобы весь наш номер со снотворным точно был не зря, нужно привлечь в офис как можно больше бойцов.
— Перевернуть всю их систему безопасности, — сразу оживляется Димас. — Покошмарить несколько ночей подряд: выкрасть пару важных документов, помаячить перед камерами, с сигнализацией чего-нибудь натворить — если сначала и попробуют справиться своими силами, то недели не пройдет, как Голубев забьет тревогу.
— И обратится к товарищу Демьянову, который из своей частной конторы обеспечивает боевую поддержку союзников, да и вообще отмечается во всех вооруженных конфликтах, которые сулят ему прибыль, — подхватывает Ник.