— Вы знаете, что он работает на Елисеева?
Александр Васильевич Гордеев внушительно прокашливается.
— Можете больше о нем не беспокоиться.
Еще с минуту он благодарит за информацию и извиняется за упущение: бардак в службе безопасности, новый начальник еще не полностью вник в рабочий процесс. Под конец Гордеев приглашает нас в гости, обещая и по той самой легендарной службе безопасности провести экскурсию — огромная честь, ведь в этой области Гордеев всегда считался лучшим и ни с кем не делился даже малой частью своих секретов.
Совершенно счастливая и страшно довольная собой, я занимаю место на первой парте, где мы всегда сидели на английском, и зову Талю, которая все это время стояла в коридоре на шухере. Меня уже даже не расстраивают так четвертные тройки по физике и биологии, где я завалила все самостоятельные на задачах с запутанными формулами. Зато стараниями Артема химию я смогла вытянуть на четверку, а с математикой сложилось как-то само собой: возможно, свою роль сыграло и то, что в офисе мне время от времени приходилось разбираться с цифрами и финансовыми отчетами, как бы я ни старалась откреститься от ненавистной мне бухгалтерии.
Сегодня сидеть в четырех стенах совсем не хочется, но работа сама себя не сделает, и после расслабленного урока английского, где мы в честь окончания четверти смотрели фильм, я уговариваю Костю съездить в его кондитерскую. Таля, игриво подмигнув, отказывается, говоря, что поедет сразу к Диме, который сегодня работает в офисе, и даже от предложения подвезти ее отказывается — вызывает бизнес-такси.
— Какие планы на каникулы? — интересуется Костя, пробуя меренговый рулет.
Я пожимаю плечами.
— Думаю над антиквариатом, они предлагают сотрудничать и дальше. Еще жемчуг из Красного моря, хотя мне кажется, некоторые местные ракушки гораздо ценнее. Звучит несерьезно, не то что Да Винчи, но можно сорвать большой куш, — задумчиво помешиваю шоколадную стружку в кофейной пенке. Сегодня еще предстоит составить электронное письмо в Лондон, а прежде — перепроверить отчетность. Все-таки за целый год накопилось немало, и вчера я могла что-то упустить.
Я и не заметила, когда хорошие новости стали вызывать у меня подозрение.
— Я не о работе, — посмеивается парень. — Думал, в последние каникулы ты захочешь отдохнуть.
— Думала, я не могу себе этого позволить, — неосознанно едко произношу без тени эмоций на лице. Костя выдерживает мой убийственный взгляд, продолжает смотреть прямо в глаза. — Мы все не можем.
— Это правда, — соглашается он. — Но хотя бы один вечер можно посвятить себе. Чего бы ты хотела?
Вопрос ставит меня в тупик. Не то чтобы я была из тех, кто сам не знает, чего хочет, просто… Когда я последний раз об этом задумывалась? Что бы я ни выбирала в этой жизни, всегда чувствовала, что этот вариант единственно возможный, и даже Талины сказки про судьбу и то, что все предопределено, порой переставали казаться глупостью.
Ответ настолько очевиден, что мне хочется смеяться от того, как же я сразу не поняла. Совсем не по этикету поставив локти на стол и подперев щеку рукой, я склоняю голову набок и долго смотрю на Костю.
— Тебя, — господи, да он ведь и сам это знает.
— Хорошо, — кивает он и начинает перечислять варианты времяпрепровождения. — Балет, театр, может, рок-концерт? Или в кино? Парки аттракционов откроются только в конце апреля, но мы можем слетать куда-нибудь, где они работают круглый год…
Я еще слушаю, но уже не могу вникнуть в суть сказанного. Фокус теряется, уступая место воспоминаниями о том, как в мае, незадолго до побега, мы с Ником и Костей пошли в кино, на «Мрачные тени» с Джонни Деппом. Тали тогда с нами не было, она ходила с Максом, но все равно было классно потом всем вместе обсуждать фильм.
Я пытаюсь вспомнить, а когда мы с Костей вообще куда-то выбирались только вдвоем, не считая четырнадцатого февраля? Осенью мы любили заезжать после уроков в «Метрополь» или «Турандот», а зимой выбирали что-нибудь поближе к офису, чтобы не тратить на обед много времени. Наверное, романтики из нас так себе, раз даже в рестораны мы всегда ходили исключительно поесть и дальше отправиться по делам.
Под конец парень предлагает даже поход по барам — всем, какие глаза выцепят, — и вопросительно смотрит на меня в ожидании.