Иногда у Морской появлялась потребность в семье. И эту семью заменял ей Горын. Горын, тот болван, спящий с открытыми глазами, который стал единственным другом и единственным любовником Морской, как она сама любила говорить. Такой была другая Морская.
Такой он встретил ее в один из тех вечеров, когда болтался по центру Города с блокнотом и карандашом, намереваясь пополнить свою коллекцию карикатурных типажей. Встретил, чтобы остаться рядом навсегда. Она шла по вечерней улице. Пальто было распахнуто. Налитая высокая грудь была более, чем видна в глубоком вырезе кофточки. Шея оголена. Волосы сзади подняты и закручены в узел. Это создавало иллюзию её беззащитности. А оголенные запястья, торчащие из-под рукавов на три четверти, бросали мужчин в жар. Они начинали чувствовать себя хищниками. Они видели в ней жертву. Но не подозревали, что все было наоборот. Совсем наоборот.
В тот вечер Морская, как всегда, вышла на охоту. Её глаза чуть-чуть светились в темноте похотливым бледно-желтым. Острые сосцы с вызовом пробивали ткань. Морская пользовалась помадой с увлажняющим эффектом. Но мужчинам казалось, что её губы намокли и набухли от желания. Эти самцы уже видели её лежащей на разбросанной постели в самой непотребной позе. Они уже чувствовали, как их напряженные члены входят в её влагалище. Она истекает. Она стонет. Она кричит. Самцы судорожно сглатывали. Выпрямляли спины, выпячивали грудь, втягивали животы. Их нюх обострялся. Словно дикие животные они чуяли запахи Морской. Это их распаляло. Но Морская проходила мимо. И все её тело дышало этой жаждой плоти. Её прекрасное тело. Её крепкие мышцы ныли без мужских объятий. Но Морская проходила мимо. Они не были достойной добычей для неё. Ибо если бы они узнали о предпочтениях Морской, то ужас бы обуял их слабые души.
Именно такой Горын увидел Морскую во второй раз. Позже, спустя несколько месяцев после знакомства, он спросил её: почему они сошлись в тот вечер? Она вышла на охоту. Он тоже. Они должны были разойтись в разные стороны. Уважить территорию друг друга. Но Морская просто подошла к нему и тихо сказала: "Дай сигарету. И прикурить". Горын предложил пойти и выпить. Морская ответила: " Это, как, если идти по жаре, и вдруг почувствовать ледяной холод. Я почувствовала тебя. Точнее я почувствовала себя со стороны". Это можно было считать наилучшим комплиментом с её стороны.
О чем они говорили? О чем могут говорить псих и шлюха. О любви. Это стало началом настоящей дружбы, как любил говаривать цыган. Первый шаг - они сняли дешевую двухкомнатную квартиру. В плохом районе. Правда, недалеко от остановки транспорта. В приличных районах квартиры стоили дорого, и были не по карману обоим. Они разделили свои квартирные зоны влияния. Нейтральными считались уборная и кухня. Хотя для Морской никогда не существовало владений Горына. Она приходила к нему, когда хотела. И он всегда был рад её видеть. Потому, что только в неё видел свет. Он пробивался сквозь грязную, изношенную и покореженную оболочку Морской.
Второй шаг - только одно условие: не спать вместе, никакого секса, даже поцелуев. Не делать ничего такого, что могло бы разрушить их маленький союз. Их гармонию. Что могло бы больше сблизить их. Заставить их сердца оттаять ото льда цинизма и начать биться быстрее в любовном ритме. Их жизнь можно было бы сравнить с посещением музея, в котором каждый из них экспонат, и в то же время - посетитель.
ПОЦЕЛУЙ. КАССЕТА №... ГОРЫН. АНТЛАНТ. ГОРОД.
ПОЦЕЛУЙ
Морская лежала на кухонном столе. Просто лежала с закрытыми глазами. Была у нее такая привычка. Кто ее знает, где подсмотрела. А спросить Горын никогда не удосуживался. Было раннее утро. Горын вошел на кухню и занялся кофе. К моменту, когда кофе стал подниматься, Морская отрыла глаза. Будто угадала. Но Горын знал - она почувствовала, что кофе приготовился по его аромату. Это была одной из её странных способностей, узнавать все обо всем по запаху. Морская радостно засмеялась. Спрыгнула со стола. Чмокнула Горына в щеку (она всегда нарушала их договоренность - и Горын был этому чертовски рад, так как сам не решался нарушить их). Потом схватила выпрыгнувший тост.
- Обожаю, когда ты готовишь кофе по утрам, - сказала она, намазывая тост джемом. - Вот если бы мы еще спали вместе, то...
- Мы же договорились, что не будем спать вместе, - перебил Горын. Он разлил черный напиток в кружки.
- Жаль, - тост громко хрустнул, когда Морская надкусила его. - Честно говоря, мне всегда хотелось спать с тобой. Мне нравится твое тело.