— Лена? — вопрошающе прошептал Клавдий, вскочив с кресла. — Ты чего здесь?
— Я, вообще-то, к Ирине, — скромно опустила взгляд девушка.
— Я слушаю, — отозвалась я, мельком переглянувшись с Ростовым.
— Я в оранжерее порядки наводила, и нашла там куст гибнущий, — торопясь, заговорила Елена. — А у тебя, то есть, вас, такие силы… Может, поможете чем? Не хочется, чтобы сгинуло растение, красиво шибко цветет.
— Я посмотрю, — согласно кивнула я.
Может, как раз это мне и нужно? Немного времени наедине с природой, что может еще более успокаивающе на меня подействовать?
А Клавдий и Елена между тем уже тихо разговаривали, стоя у двери. Ростов даже на лицо посвежел, стоило ему подойти к ней, и я не могла не улыбнуться. Пусть сегодня он еще немного побудет счастливым. Сегодня можно.
Осторожно проскользнула мимо влюбленных в коридор и направилась к оранжерее. В замке уже зажигали свечи на стенах, мрак окутывал неосвещенные уголки логова Горыныча. Что изменится, когда мы уедем отсюда? Усмехнулась, мысленно поправив себя: не «уедем», а «сбежим». Да, именно так это и будет выглядеть. И тем не менее, ответ на вопрос маячил перед глазами: служанки все так же будут зажигать здесь свечи по вечерам, замок будет продолжать жить своей жизнью, как и его обитатели. Арсений, скорее всего, возненавидит меня, разочаруется во вновь обретенном друге, а князь… Вариантов было много. От того, что он просто разнесет полкабинета и отправит за нами в погоню свою армию, до того, что сам обернется Змеем, пустится за нами следом да спалит нас в наказание за предательство.
С такими невеселыми мыслями я ступила в тень оранжереи. Здесь тоже кое-где горели подсвечники, но так, чтобы ни при каких обстоятельствах не нанести вреда растениям. Последние, кстати, почувствовали меня мгновенно и тихонько приветствовали шуршанием листьев и теплотой в мыслях. На мрак, царивший там, природа отозвалась обеспокоенно. Я же занялась поисками того растения, о котором говорила Елена, и довольно быстро нашла его. Это был тот самый куст роз, около которого когда-то состоялся один из наших со Змеем разговоров. Помнится, говорили мы о его договорном браке с Мерцаной. Тогда он упомянул, что относится к нам весьма и весьма по-разному.
Слезы против воли застлали глаза, мешая рассматривать увядающее растение.
— Я не настолько глупая, чтобы не видеть и не понимать его отношение ко мне, — прошептала я, словно пытаясь оправдаться. — Я вижу, как он смотрит на меня, чувствую, что ему тоже приятно находиться в моем обществе. А тот наш разговор в ущелье… И поцелуй…
Комок в горле мешал продолжить, но оранжерее это было ни к чему. Я ощущала, как силы природы словно ласково приобнимают меня и пытаются утешить, даже гибнущий куст едва шевельнул листочками. Я попыталась сосредоточиться на том, ради чего пришла сюда, и, присев на колени около куста, положила ладони на его корни. Но разошедшуюся память было уже не остановить, и она сполна травила мою душу, насыщая её до постыдного счастливыми и радостными моментами, которые я прожила бок о бок с Ярославом. Чего только стоили наши с ним путешествия в мире «между», когда мы искали волколака… Слезы капали с ресниц, я зажмурилась, и перед взором мелькали мгновения бесстыдного счастья, вызывающие мученическую, но все же улыбку.
— Позволь помочь, — едва слышно раздалось у меня над ухом, а мои руки уже накрыли большие, слегка шершавые ладони. Мне не было нужны оборачиваться или спрашивать. Я знала, кто это.
Молча кивнула, пряча слезы, и почувствовала, как сквозь мои ладони сочится энергия князя. Совладав с собой, все же подняла голову и посмотрела на него. Слегка уставший, взъерошенный, даже задумчивый какой-то. Неужели, он что-то чувствует? Или просто волнуется насчет своей завтрашней поездки в Нефёдово?
— Не понимаю, почему такие воспоминания заставляют тебя плакать, — еле слышно произнес Ярослав, и я в испуге прижала руки к груди, прервав связь с ним и кустом роз.
— Ты их видел?
— Да. А что? — взгляд зеленых глаз обратился ко мне. Легкая улыбка скользнула по губам князя. — У меня тоже есть такие воспоминания, так что вряд ли я увидел что-то, чего не должен был видеть. И в них не меньше счастья.
От разговора нас отвлек наш подопечный. Куст был уже вполне себе зеленым, даже еще нераспустившиеся бутончики приподняли головы. Ярослав убрал руки с земли и отряхнул их, после чего уселся там же, где до этого стоял на коленях. Внимательный взгляд его глаз был по-прежнему направлен на меня. От меня не укрылось, что под этими самыми глазами залегли темные круги, словно что-то выматывало Ярослава, сильно беспокоило его.