- Договориться? - скептически изрек Клавдий мне вслед. - Может, его еще подкупить чем?
- Захлопнись, - прошептала я себе под нос, осторожно подходя вплотную к самому большому дереву на окраине.
Чувствуя протянутой ладонью импульсы силы и жизни древа, шагнула еще ближе, стараясь не наступать на корни, вьющиеся толстыми змеями под ногами.
- Ну, здравствуй, - тепло улыбнулась, прогоняя страх и прикасаясь ладонью к шероховатой коре. - Тебе нечего бояться. Я - твой друг.
Каждой клеточкой своего тела я чувствовала, как дерево словно прощупывает моё сознание, ища там негатив и опасность. Ощущения довольно необычные, словно тебе щекочут каждую извилину мозга, не оставляя ни один уголок разума непроверенным. Наконец, убедившись в чистоте моих мыслей и намерений, древо отпустило моё сознание, и я убрала руку с поверхности ствола.
- Спасибо, - едва слышно произнесла я, кивая. - Мы не причиним вреда.
Поманив изумленного Клавдия к себе, я закрыла парню открывшийся было рот и жестом показала следовать за мной. Лес не терпит шума, даже разговоры не всегда приветствуются, если только вполголоса. Природа была создана девственно чистой и тихой, идеальной, и не нам, букашкам, возражать ей.
Глава 10
Лес Аргроса был непривычно тих и необитаем. Зелени здесь было более чем достаточно, а вот живности мы с Клавдием так и не увидели. Птицы если и подавали голос, то только где-то на самых верхушках деревьев. Фауна либо искусно пряталась от нас, либо вовсе здесь не водилась, что не могло меня, как Лешиху, не волновать. Я старалась «прощупать» этот лес, почувствовать его, понять, чем он живет и дышит, но лес сам запрещал мне проникать в его нутро. Максимум возможностей — передвижение и магическая подпитка, на большее он не был согласен.
Вскоре начало смеркаться, и нам пришлось сделать привал. Идти в потемках в незнакомом и не очень дружелюбно настроенном лесу было смерти подобно, поэтому мы нашли небольшую полянку и обосновались в тени большого раскидистого дуба.
— Можно разжечь костёр? — шепотом впервые за все время обратился ко мне Клавдий.
— Думаю, не желательно, — нахмурилась я, чувствуя, как нервно пульсирует лес во время нашего разговора. — Он всё слышит, и ему это не нравится. Разве у нас нет ничего, что можно было бы съесть холодным?
— Думаю, есть, — сосредоточенно сдвинул брови советник, после чего снял со спины Пепла свою чудо-сумку и, устроив её на земле, залез туда с головой по самые плечи. Вскоре оттуда раздался его глухой голос. — Любишь маринованные грибочки?
— Люблю, — улыбнулась я, вспоминая вкус любимого с детства лакомства. Стоп… — У тебя в сумке всё это время были грибочки?
— У меня встречный вопрос, — пробухтел Ростов из сумки. — Почему ты не съела их вчера? Я не думал, что они остались, поэтому не заикался даже.
— А где они были? — я даже придвинулась ближе, намереваясь лично удостовериться.
— Стояли за мешком с картошкой, — буднично ответил парень, на что мне оставалось лишь закатить глаза.
Ростов, наконец, целиком предстал передо мной, держа в руке баночку с грибами. Расстелив свои лежанки, мы сели вплотную друг к другу и, поджав губы, с сожалением посмотрели на наш скромный ужин.
— У тебя только одна баночка? — с надеждой прошептала я.
— Одна, — вздохнул Клавдий. — Бабушка две давала, вот только одну я съел, пока до вашей Нейтралки добирался. Так что придется довольствоваться тем, что есть.
Ели молча. Усталость от долгого пешего перехода начала сказываться, тело заныло, требуя горизонтального положения, и я не могла не повиноваться. Отложив вилку, оставила два последних своих грибочка советнику и отползла к лежанке.
— На рассвете разбужу, — произнёс Ростов, тоже укладываясь спать.
Это он мне так доброй ночи пожелал. Я долго не могла уснуть, чувствуя жизнь леса. Минус моей природы в том, что я не могу отключить чувства, связывающие меня с природой. Именно поэтому в грозу, когда лес беснуется, ломается и трещит, мы с дедушкой страдаем бессонницей. Вот и сейчас лес вел себя неспокойно, очевидно, переживая из-за нашествия чужаков.
Хорошо советнику, спит себе, похрапывает, и не переживает ни о чем. Я же ворочалась и, несмотря на усталость, никак не могла уснуть. В голову против воли лезли разные мысли: от таинственности этого леса до не меньшей таинственности хозяина этой земли. При случае надо будет выяснить, как он может поддерживать жизнь леса посреди каменной пустыни. Да и вообще, что Горыныч из себя представляет?
Конечно, ответов на эти вопросы мне никто не дал, а вот бессонница продолжала терзать мое уставшее сознание. Издевательство какое-то… Решив, что больше мять лежанку смысла нет, я тихо поднялась с неё и, прислушавшись к себе, пошла к краю полянки. Чутье подсказывало мне, что там, в этом направлении, есть вода, а мне нужно было освежиться. Оглянувшись на мирно спящего Клавдия, я скрылась в лесу.