Во второй половине дня, ближе к вечеру, когда солнце уже грело не так беспощадно, как раньше, мы приблизились к цепи невысоких гор, которые во время всего путешествия маячили справа от нас. Именно здесь Ярослав стал более напряженным: все время вглядывался в серые скалы, иногда, как мне показалось, даже принюхивался. И вот, в один момент Амир замер, и мы покорно остановились.
Змей закрыл глаза и задышал глубоко и часто. Грудная клетка князя ходила ходуном, и я чуть не выпала из седла, пытаясь из-за плеча Ростова высмотреть, что происходит с правителем Аргроса. На долю секунды отвлеклась на шум от всадников, окруживших нас, а когда вновь посмотрела на Горыныча, он, вперив стеклянный взгляд ярко-зеленых (правда, человеческих) глаз в одну точку в скале, что-то быстро заговорил на непонятном нам языке.
— Смотри, — ошарашенно пробормотал Клавдий, указывая мне в ту же точку, куда смотрел Ярослав.
С трудом отведя взгляд от впавшего в транс князя, посмотрела, как было велено, и обомлела. Эта точка медленно расползалась, пульсировала, с каждой секундой становясь шире и образуя проход в человеческий рост. С последним словом Змея движение остановилось, и перед нами открылся натуральный вход в пещеру.
— Вот и она, — придя в себя, оповестил нас князь. — Пещера бесов. Только хозяев не видно.
Словно услышав его слова, из прохода тут же высунулась на редкость уродливая голова, заставив меня ойкнуть от неожиданности. Следом появилась еще одна, и еще, и вскоре оттуда на нас смотрело около двадцати пар ярко-красных глаз, в вечерних сумерках кажущихся какими-то ненастоящими, призрачными.
— Князь…
— Это князь…
— Змей…
— Александр?
— Нет, другой…
— Но князь…
Десятки голосов тихо переговаривались между собой, шепелявя и картавя. Я снова свесилась с седла вбок в попытках рассмотреть обитателей Пещеры из-за спины Клавдия. Ярослав, узрев мои телодвижения, усмехнулся и заговорил.
— Правитель Аргроса, Змей Ярослав у вашего дома, — голос князя звучал мерно, спокойно. — Не несу зла и прошу в ответ того же.
— Где старейшина? Позовите Лихого, — тут же зашуршали в темном проходе.
Прошло несколько минут, Амир нетерпеливо переступил с ноги на ногу, показывая хозяину недовольство долгим простоем, но Змей осторожно погладил коня по шее, успокаивая, и тот затих. Под моими ладонями напряглись плечи Ростова, под пятой точкой нервно дышал Пепел. Необъяснимое волнение охватило всех, кроме Ярослава, который просто ждал, перебирая пальцами пряди черной гривы своего коня.
Наконец, в Пещере снова зашумели, и вот перед нами стоял старейшина: странное существо черного цвета, чуть ниже среднего человеческого роста, вместо кожи покрытое натуральной чешуей. Голову беса венчали витые рога, сзади маячил хвост с маленькой кисточкой, а ноги заканчивались копытами. На морду Лихой красотой тоже не отличался: широко посаженные красные глаза, небольшой нос, отдаленно похожий на свиной пятак, узкий рот с клыками. Помимо прочего, шерсть на голове старейшины, очевидно, поседела, выдавая его возраст, тогда как другие выступившие из темноты за ним бесы были сплошь черными.
— Змей, — втянув носом воздух, резюмировал бес, окидывая взглядом всадника перед собой.
— Лихой, — с легкой усмешкой отозвался Ярослав. — А ты, как я вижу, не стареешь.
— Я еще деду твоему говорил, что переживу весь змеиный род, — делая шаг к коню князя, едко хихикнул бес.
Амир на его действия лишь всхрапнул, пару раз ударив копытом о землю. Ярослав вылез из седла, передал поводья одному из воинов и подошел к Лихому. Мы с Клавдием следили за происходящим, раскрыв рты, поскольку ни мне, ни ему видеть таких существ еще не доводилось.
— Зачем пожаловал, Змей? — спросил старейшина, после чего перевел взгляд на нас, замерших на спине Пепла. — Кто с тобой? Что за люди?
— Они со мной и вреда не причинят, — ответил Горыныч, смотря на Лихого честно и открыто. — Пожаловал в гости, Пещеру вашу поглядеть. Мой род в дружбе с вами, нужно поддерживать общение.
— А я знал, что ты придешь, видел, — закивал седой бес. — Отец твой бывал у меня частенько, а вот тебя я первый раз вижу. Почему не приходил?
Очевидно, вопрос загнал князя в тупик, поскольку он не сразу нашелся, что ответить.
— Времена непростые, дел много, — туманно отозвался Змей, не найдя объективной причины.
Усмехнувшись, Лихой лишь кивнул в ответ и, развернувшись, пошел к Пещере, призывно махнув нам лапой с длинными когтями. Стоило ему отвернуться, и я едва не ахнула при виде перепончатых крыльев, аккуратно сложенных за спиной. Ну и существо… Натуральный бес, ни больше, ни меньше.