— Нюх, тьфу ты, — в сердцах выругалась я, — напугал, чёрт.
— Такой страшный? — попытался отшутиться Нюх, и я невольно улыбнулась.
Чего мне сейчас не хватало, так это хоть крохи позитива. Объединив наши усилия и то и дело подавая голос, мы с бесом вскоре нашли его сородичей. Эхо и Коготь оказались потрепаны чуть больше Нюха, но ничего серьезного не было. Покоя мне не давало то, что мои спутники отчаянно отказывались отзываться на наши голоса.
Живы ли они? Ну, насчет Ярослава бояться было глупо, а вот Ростов… Вдруг Змей зацепил пламенем и его? А сам князь? Обернулся ли он человеком?
— Клавдий! — снова в отчаянии позвала я. — Ваше Высочество!
Тишина, повисшая в ответ, добивала. Села на пол, скрестив ноги. Как мы можем их найти в таком дыму? Бесы топтались рядом, не в силах сделать что-либо. А что, если князь и советник уже надышались дымом и угорели? Даже если они еще живы, каждая минута промедления опасна…
— Ярослав! — что есть силы крикнула я, наплевав на формальности.
— Ирина… — раздалось тихо откуда-то справа, и я, вскочив на ноги, бросилась туда.
Споткнувшись о чью-то ногу, рухнула на колени аккурат перед телом своего советника. Рука Клавдия оказалась обожжена, но в остальном, за исключением пары ссадин, он был цел. Припав к его груди, поймала слабый ритм сердцебиения и смогла спокойно выдохнуть. Жив. Уже легче. Положив ладони на грудь советника, сосредоточилась и, резко выдохнув, пропустила через себя силовой импульс. Пульс Клавдия стал четче. Пошлепав парня по щекам, попыталась привести его в чувство. Тут подоспели бесы, и я, оставив Ростова на их попечение, поползла на поиски Змея.
— Ваше Высочество! — снова позвала я, и когда мне в ответ прокашляли совсем рядом, прошла еще пару шагов.
Ярослав лежал на боку в позе эмбриона, тело князя било крупной дрожью, хотя в пещере было жарко. Факт того, что Горыныч был обнажен по самое не могу, вогнал меня в ступор. На коже рук, спины и ног были ожоги, самый страшный открывал плоть на плече. Собравшись с духом, присела рядом.
— Ваше Высочество, — позвала я, осторожно касаясь князя, чтобы осмотреть его раны. — Вы меня слышите?
— Слышу, — прохрипел Змей и чуть повернул голову, чтобы посмотреть на меня. — Ты цела?
— Не о том надо переживать, — шикнула я на князя, соображая, как нам доставить его хотя бы к выходу из пещеры. — Шевелиться можете?
В ответ Горыныч осторожно приподнял и опустил руку, и пусть он не выдал и толики эмоций, я своей кожей ощутила, как ему больно.
— Ростов! — решительно позвала я, поднимаясь на ноги. — Ты очухался?
— Ты сама любезность, — раздалось из дыма, и вскоре мой советник стоял рядом, разглядывая изувеченного правителя Аргроса. — Вот это да…
— Жутковато, а, Клавдий? — хрипло усмехнулся Ярослав. — Помоги мне сесть.
Ростов склонился над князем, помог ему и прикрыл своим плащом. От меня не укрылся восхищенный взгляд, коим мой советник одарил правителя Аргроса. О своих впечатлениях я подумаю потом. Сейчас важнее другое. Снова села рядом с Горынычем, внимательно осматривая и ощупывая его плечо. Поймав на себе насмешливый взгляд правителя, смутилась.
— Что не так?
— Так переживаешь, — отозвался он, смотря убийственно спокойным взглядом зеленых глаз. — А это что? — выразительные брови Ярослава сошлись на переносице, когда он, поймав мою руку, повернул её ладонью вверх. — Ты поранилась?
— У вас кожа на плече отсутствует, Ваше Высочество, — ответила я упрямо, снова склоняясь к его ране, давая понять, что мои порезы по сравнению с его ожогами — ерунда.
— Может, я просто её сбросил, — едко произнес Ярослав, смотря на меня с хитрым прищуром.
Шутку оценили все, даже хмурые бесы оскалились в улыбках. Змей… Перед глазами встал образ огромного беснующегося существа, и снова восхищение на пару с ужасом пробрали меня, заставив толпу мурашек выступить на коже. Сейчас же передо мной сидел обожженный мужчина с яркими нереальными зелеными глазами, и собрать воедино Змея и человека у меня пока не получалось.
Что делать с ожогами князя, я не представляла совершенно. Браться лечить его самой, своими силами, сейчас было просто глупо. Во-первых, мне не хватит энергетических ресурсов на такой объем работ. Поддержание жизни в маленьком Щипе, вброс жизненных сил в советника, — всё это неплохо истощило меня. Во-вторых, я окончательно спалю секретность своей природы и нашей с Ростовым операции в целом. Выспрашивать у князя его истинное имя, даже для прикрытия, — наглость высшего уровня, и пусть я иногда позволяю себе лишнего, но это уже реально наказуемо. Ну, и в-третьих, судя по тому, что Змей шевелится, смотрит спокойно и даже шутит, его раны не смертельны, значит, смогут подождать до замка, где его возьмут в оборот придворные лекари.