— Нет, в единорога, — буркнул уставший и злой Ростов, которому этот допрос уже порядком надоел. — В кого ещё, если он Горыныч?
— А что, не должен был? — вкрадчиво спросила я, не понимая такого удивления княжеского министра.
— Он не делал этого уже очень давно, — тихо произнёс Арсений. — Очевидно, поэтому…
— Поэтому ему так плохо, — закончила я фразу Доргачевского.
Видя наши уставшие физиономии и разбитое состояние, Арсений перенёс продолжение разговора на завтрашний день, точнее, когда мы выспимся и будем к нему готовы. По пути к своей комнате думала о том, что надо бы заглянуть к лекарям, узнать, как там князь, но, во-первых, я не знала туда дороги, во-вторых, отвлекать знахарей от дела было неправильно, и, в-третьих, я смертельно хотела спать. Клятвенно пообещав себе первым делом с утра узнать о здоровье Ярослава, я забралась под одеяло и тут же заснула.
Я уже перестала удивляться тому, что в мою комнату все вваливаются, будто это проходной двор. Не успела я вынырнуть из мира сновидений, как услышала голос Арсения, вещавший, что время близится к обеду и министр, ненаглядный, пришел разговоры разговаривать. Завернувшись в одеяло, села на кровати, с трудом разлепив веки. Да, так и есть: Доргачевский и компания в лице Клавдия уже расположились кто на подоконнике, кто в кресле. Выглядели парни вполне отдохнувшими. Значит, Арсению все же удалось поспать.
— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался советник, внимательно разглядывая меня с подоконника.
— Хорошо, — ответила я, прислушавшись к себе.
В физическом плане, имеется в виду. Потому как мой магический резерв был пуст, как закрома после праздников. Но пусть министр и советник пока об этом не знают.
— Мне нужна вторая часть вчерашнего происшествия, — без обиняков начал Доргачевский. — С князем я потом поговорю, сначала хочу услышать ваш рассказ.
Слова о князе заставили беспокойство вновь подняться в моей душе. Раз дотошный Арсений откладывает разговор с ним, значит, Ярослав чисто физически не может вести диалог. Неужели, с князем все так плохо? Нервно заерзала на кровати, пока Ростов начал рассказ. Выспавшийся и сытый, советник сегодня был гораздо более расположен к беседам, чем вчера.
— В общем, нас спас Аспид, — озвучил кульминационный момент Клавдий. — Князь говорил, что они в какой-то степени родственники, змеи все же.
Арсений лишь молча кивал на слова бывшего однокурсника. После, чуть подумав, посмотрел сначала на Клавдия, потом на меня.
— Должен признать, теперь князь обязан вам обоим жизнью. Ярослав, хоть и очень сильный, без вас не выжил бы. Княжество Аргрос и я лично благодарим вас за спасение правителя. Сам он, несомненно, скажет вам то же самое.
— Как он? — не удержалась я от вопроса.
— Благодаря своей природе и покровителю, жив, — успокоил меня министр. — Над ним всю ночь бдели лекари, на рассвете он пришел в себя и, как бы я ни протестовал, рвется присутствовать на обеде.
Усмешка сама собой растянула губы. Да уж, хоть здоровый, хоть на пороге смерти, Горыныч остается Горынычем. Правитель, что с него взять. Он по-другому не может.
Арсений ушел, пообещав увидеться с нами на обеде. Ростов откинулся на спинку кресла и выдохнул, после чего посмотрел на меня. Прищурился.
— Ты ведь не так хорошо себя чувствуешь, как сказала, верно?
— Есть слабость, но беспокоиться не о чем, — отмахнулась я, намереваясь подняться с кровати.
Клавдий, как истинный джентльмен, прикрыл глаза рукой, и, пока я переодевалась, разговаривал со мной так. Советник не меньше меня был поражен произошедшим вчера, и больше всего обращением князя. Даже явление Аспида не так впечатлило моего друга. А нападение оборотня-переростка осталось где-то за гранью разума Ростова, поскольку в тот момент был занят беспокойством за едва живого Ярослава. Оказалось, Клавдий не меньше меня волнуется за здоровье Змея, но гораздо больше его мучал другой вопрос.
— Мне вот интересно, как невеста князя восприняла наше приключение и предсмертное состояние своего будущего мужа?
Ох… Мне тоже было любопытно узнать, сильно ли буйствовала Мерцана, узнав о нашем прибытии с полумертвым князем на руках. Настолько интересно, что я собралась быстрее обычного, и мы с Ростовым вышли на разведку в коридоры замка. Мимо сновали слуги, пару раз пробегал Доргачевский, но ни князя, ни Мерцаны не было видно.
Когда я уже совсем отчаялась что-либо узнать, как вдруг невесту Ярослава стало хоть и не видно, но слышно. Мы снова стояли у портрета Змея Александра, когда раздался истеричный крик Мерцаны.