— Меня это не волнует! Я хочу его увидеть, и я увижу!
Переглянувшись, я и Клавдий осторожно выглянули из-за угла и увидели девушку. Она стояла перед скалоподобным Арсением, который закрывал собой тяжелые дубовые двери в тронный зал и явно не собирался давать дорогу визжащей мадам.
— Почему он в тронном зале, а не в своих покоях? — не успокаивалась Мерцана. — Это вы заставляете его исполнять свои обязанности, когда он едва дышит!
Неожиданно двери тронного зала приоткрылись, явив спорящим и нам, заинтересованной публике, обнаженного по пояс Ярослава. Грудная клетка и плечо, вчера обгоревшее до плоти, были туго перетянуты повязками, от ссадин на лице не осталось и следа, только багровое пятно небольшого ожога искажало лицо князя. Глаза Змея, еще вчера болезненно потухшие, сейчас горели жизнью и нешуточным интересом к происходящему.
— Должен сказать, моя дорогая, дышу я вполне сносно, — изогнув губы в усмешке, обратился к невесте князь. — Твоими молитвами.
Неприкрытый сарказм пропитал последние слова, и мы с Ростовым невольно хохотнули. Видимо, не простил еще Ярослав невесте ту несчастную тарелку. Злопамятный, чёрт. Переведя взгляд с Мерцаны на нас, Ярослав призывно кивнул головой себе за спину.
— Доброе утро. Клавдий, Ирина, прошу. У меня к вам разговор первой необходимости.
— А я? — ошарашено уставилась на него Мерцана. — Я, вообще-то, волновалась за тебя! Ночь не спала!
— Тогда самое время пойти и выспаться, — задорно подмигнул ей Ярослав, исчезая в тронном зале.
Проводив меня и Клавдия не самым доброжелательным взглядом, Мерцана выругалась сквозь зубы так, как совсем не полагается особе её происхождения. Но я и думать забыла об озлобленной невесте, когда увидела тронный зал. Точнее, сам зал с его привычными уже серыми стенами, гобеленом и размерами меня не удивил. А вот выточенный из черного оникса огромный трон и восседающий на нем полуобнаженный правитель Аргроса впечатлили меня настолько, что я забыла о правилах этикета и склонила голову только после тычка в ребра от Ростова.
— Оставьте формальности, — произнес Ярослав, поднимаясь с трона. — К тому же, это я должен склоняться перед вами в благодарность за спасение.
И тут произошло то, чего я себе и представить не могла. Показавшийся мне в начале общения заносчивым, самоуверенным и «ядовитым», правитель Аргроса поклонился нам, двум чужакам, вогнав в настоящий ступор. Разве могло быть по-другому? Могли мы бросить его там, смертельно истощенного, одного? Это было против моей природы.
— Ваше Высочество, это лишнее, — тихо отозвался мой советник, не меньше меня потрясенный увиденным.
— Я дорожу своей жизнью, Клавдий, — последовал ответ. — Дорожу всем тем, что у меня есть, в том числе, и такими людьми, как вы и Ирина. Не знаю, когда и чем я смогу вам отплатить за свою жизнь.
Отчего-то после этих слов на душе заскребли кошки. Мы собираемся украсть несомненно важный артефакт этого княжества, просто уничтожить доверие князя, который не сделал нам ничего плохого. Наоборот, терпит нас в своем замке, позволяет пользоваться всевозможными благами и привилегиями, общается с нами любезнее, чем с собственной невестой. А после вчерашнего дня, думаю, мы стали чуть ближе, чем князь и его гости должны быть. Доверие растет, растет быстро, и так не хочется его подрывать…
Мои невеселые размышлении прервал стук в дверь, и на пороге тронного зала появился Арсений. Сообщив, что с Пеплом, конем господина Ростова, что-то неладно, министр попросил прощения у князя за прерванную беседу и увел обеспокоенного Клавдия в конюшню.
Мы со Змеем остались один на один: я, робко мнущаяся у подножия черного трона, и он, привычно восседающий на нем. Внучка Лешего в неизвестно каком поколении, маг-недоучка, волей судьбы и Кащея Бессмертного попавшая в Аргрос, и могущественный колдун с разрушительной силой, еще вчера — огромный ящер, изрыгающий смертоносное пламя. Самый настоящий Змей Горыныч.
— Теперь, когда мы остались одни, мне нужно с тобой серьезно поговорить, — нарушил повисшую тишину приглушенный голос Ярослава.
Глава 22
Всё внутри замерло. О чем он хочет со мной поговорить? Почему именно наедине, без Клавдия? Все самые страшные догадки пронеслись в моей голове быстрее пущенной из лука стрелы. Узнал о моих силах? Это было нетрудно, учитывая, что в Пещере бесов я так необдуманно раскрыла их природу. Кащей не смог убедить правителя в «истинности» наших намерений? Не достаточно правдоподобно подтвердил легенду об исследователях? Чёрт…
Не знаю, какой вариант страшнее. Не могла найти в себе силы поднять глаза на сидящего на троне Ярослава. Ни одно разумное оправдание не приходило в голову, и когда я решилась посмотреть на князя, обнаружила, что он стоит прямо передо мной. Перетянутая тугой повязкой грудь мерно вздымалась и опускалась в такт спокойному дыханию Змея, мышцы шеи были несколько напряжены, но лишь потому, что князь чуть склонил голову, пытаясь поймать мой взгляд.