— Ты не против провести со мной еще некоторое время? — поинтересовался князь, листая сборник записей. — Просто, понимаешь, я более чем уверен, что по мере чтения у меня возникнут вопросы…
— И я с радостью на них отвечу, спать совсем не хочется, — улыбнулась я, наконец сбрасывая оцепенение и делая несколько шагов к Ярославу.
Змей поднял голову и широко улыбнулся мне, после чего окинул взглядом комнату, раздумывая, как нам устроиться так, чтобы и светло было, и удобно. Посмотрел на меня, взглядом спрашивая, есть ли у меня идеи. Окинув взглядом покои, я вновь задержала внимание на широком, почти двухметровом подоконнике. Его подразумевалось использовать как стол, и, возможно, раньше так и было, судя по засохшим пятнам чернил на нем, но Ярослав предпочитал все рабочие моменты решать в кабинете, и рабочий стол стоял там. Теперь на этом подоконнике ютился один-единственный горшок с цветком. Я, решившись, подошла к постели князя.
— Позволишь? — потянувшись к большой мягкой подушке, спросила я.
— Я подумаю, — в голосе князя послышались заигрывающие нотки.
— Я про подушку, — укоризненно глянула я на Ярослава, проходя мимо него с охапкой подушек.
— Я в каком-то смысле тоже, — пожал плечами Змей, не переставая улыбаться.
Похоже, на ком-то сказывалось выпитое вино. Впрочем, позвал бы он меня в покои, будучи абсолютно трезвым? Или это отсутствие Мерцаны так опьяняет князя, что он готов на любое общение? Как бы там ни было, лично я была совсем не против провести с Ярославом еще некоторое время. Как показывает опыт, плохого в этом ничего нет, даже наоборот. Нам, как работающим теперь вместе достаточно тесно, не повредит общение. Доверие не берется из ничего.
Ярослав вопросительно воззрился за гору подушек, что я разложила на подоконнике. Не выдержал правитель, когда между подушками я поставила вазу с фруктами.
— И что это?
— Это очень удобное место для того, чтобы читать, — пожала я плечами. — В покоях светло от свеч, а в окно смотрит полная луна. А фрукты — для души.
Князь усмехнулся и помог мне взобраться на подоконник, после чего устроился сам. Признав, что это действительно удобно и мягко, Ярослав раскрыл наш с Клавдием путеводитель и принялся за чтение. Как и ожидалось, уже на половине первой страницы у Змея появились вопросы.
Чтение вскоре переросло в обсуждение. Мы вдвоем уже лежали на подушках, плечом к плечу, уткнувшись в записи. Ярославу было интересно абсолютно всё, но каким-то чудом не прозвучало ни одного вопроса, на который я бы затруднилась ответить. Князь никогда не был за пределами Аргроса, поэтому ему хотелось узнать обо всех чудесах соседних княжеств да поподробнее. Жуя яблоки, мы обсуждали Водяного и русалок из озера Эреон, берегинь и их песни, Индрик-зверя, что ворует золотые яблоки из царского сада…
Я на время забыла о том, что разговариваю с князем, более того, Ярослав, казалось, сам забыл о том, кто он. Он шутил, задирал меня и не был против, чтобы я делала то же самое по отношению к нему. Я поймала себя на мысли, что мне нравится быть здесь, с ним. Читать, разговаривать, смотреть, как Змей то удивляется, то недоуменно хмурит брови, то широко и искренне улыбается.
— Наверное, это лучшая ночь в моей жизни, — задумчиво улыбаясь и смотря на сияющие в небе звезды, произнес Ярослав.
— В моей тоже, — усмехнулась я.
— Спасибо тебе, Ир, — переведя взгляд на меня, тихо сказал он. — За всё спасибо.
— Перестань, — скромно опустила взгляд.
— Не хочу, — улыбнулся Ярослав.
Я тоже не хочу. Не хочу, чтобы эта ночь заканчивалась, не хочу уходить отсюда. Но небо на горизонте начало розоветь, предвещая рассвет, и пора было расходиться. Ярослав, как истинный джентльмен, проводил меня до моей комнаты, пожелал приятных снов и чуть дольше положенного задержал мои ладони в своих, когда отдавал путеводитель. Князь долго смотрел мне в глаза с теплотой и благодарностью, и когда он ушел, я не сразу смогла сдвинуться с места.
Что-то перевернулось во мне, в наших взаимоотношениях. Мы стали значительно ближе, и оба не противились этому. Все мои воспоминания о прошедшем вечере с плавным переходом в ночь были подернуты какой-то сладкой дымкой, слишком приятной, чтобы рассеивать её какими-то мыслями. Не погружаясь в раздумья перед сном, как обычно делала, я легла в постель, обняла вторую подушку и быстро заснула, не прекращая улыбаться.
Глава 25
На следующий день, проснувшись ближе к обеду в чрезвычайно приподнятом настроении, я выскочила из комнаты, готовая к подвигам, едва не сбив с ног Арсения.