— Сеня, прекращай, — хохотнул Ярослав, откидывая за спину тяжелый темно-зеленый плащ. — Я уже не маленький.
— Я в прошлый раз чуть не умер, — угрожающе произнес Доргачевский, — надеюсь, в этот раз обойдется без травм.
Змей закатил глаза и шутливо махнул рукой на своего министра. Тот лишь беспомощно посмотрел на нас, на что мне осталось только пожать плечами, мол, ничем не могу помочь. Мне бы кто помог…
Когда мы с Клавдием, уже собравшиеся, вышли во двор, к нам буквально сразу же подвели коней. Точнее, к Ростову — его коня, а ко мне — мою Эйлу. Кобыла вела себя спокойно, под седлом стоять не возражала, но залезла я на неё все равно с опаской. Эйла лишь водила ушами, пока я уговаривала её дружить со мной. Грива у неё и правда была как шелковая, очевидно, за неё отменно ухаживали до того, как она стала моей. Пока мужчины проверяли провизию и снаряжение, глубоко вздохнула и принялась вспоминать основы верховой езды, полученные мною в ту страшную ночь. В конце концов, что я, с лошадью не справлюсь? Тем более, путешествовать мы будем явно не галопом, по пути и подучусь.
Наконец, мы тронулись с места. Широкая тропа позволяла ехать втроем, отряд воинов в две колонны следовал за нами. Амир, как истинный предводитель, все норовил вырваться вперед, но Ярослав одним движением руки усмирял своего коня, на что тот лишь фыркал, но перечить хозяину не смел. То Ростов, то князь интересовались моими успехами в верховой езде, я же не смела жаловаться на то, что сидячее место уже отвыкло от долгих поездок, да и переживала сильно. Но Эйла была настоящим подарком — слушалась беспрекословно, хотя и чувствовался скрытый в глубине породы нрав.
— В юные годы я часто выбирался на конные прогулки в лес, — неожиданно заговорил Змей, кивая на стену деревьев, к которой мы постепенно приближались. — Я сел на трон достаточно рано, к шестнадцати был уже полноправным правителем, но душа требовала простора. Было тяжело, и эти часы наедине с природой как-то помогали справиться с душевными муками. Не было рядом никого, кто поддержал бы, с кем можно было бы просто поговорить. Не о политике, землях и прочих княжеских делах, а элементарно о погоде, природе, да хоть слухи обсудить. Но едва мне исполнилось восемнадцать, я сделал тайный запрос в вашу Академию.
— И вскоре появился Арсений, — усмехнулся Клавдий.
— Именно, — улыбка скользнула по губам Ярослава. — Не так скоро, как я хотел бы, прошло несколько лет. Но я обрел друга, советника и правую руку в одном человеке.
— И левую голову, — вставила я, вспоминая наше с Доргачевским знакомство.
— Ну, это уже его домыслы, — отмахнулся Горыныч.
Вдруг наши ряды потеснились и между Ростовым и князем втиснулся командир сопровождающего нас отряда.
— Ваше Высочество, разрешите поинтересоваться? — поставленным голосом гаркнул мужчина.
— Разрешаю, Семён, — тут же посерьезнел правитель.
Эйле, очевидно, не понравилось, что нас сместили с тропы на траву, и кобыла начала показывать характер. Пока я пыталась с ней справиться, Семён задал Змею вопрос, ответ на который против моей воли сорвался с губ.
— Изволит ли князь охотиться сегодня?
— Поохотился уже один раз, — пробурчала я, натягивая поводья в попытке усмирить Эйлу. — Пустил князь стрелу, и попала она в девушку, что в ручейке умываться изволила. Царевной-лягушкой нарёк несчастную княжеский министр...
“А была она на самом деле Лешихой”, — мысленно продолжила я, из-за чего замолчала. Только тогда обратила внимание, что все трое мужчин слушают меня. Клавдий откровенно сдерживал хохот, Семен лишь усмехался в завитые усы, а Змей смотрел ехидно, с прищуром и ухмылкой.
— Если я правильно помню эту сказку, — вкрадчиво заговорил Ярослав, — то князь потом на этой царевне-лягушке женился.
— Ваше Высочество, — ко мне вернулся дар речи, но щеки мои вспыхнули как маков цвет, — моя сказка немного другая. В ней женой князя стала…
— Злыдня, маленькая такая тварь, что за печкой прячется и несчастья всякие приносит, — с видом знатока нечисти встрял Клавдий. Увидев наши физиономии, пожал плечами. — Мы же с тобой вместе эту сказку читали, Ирк, ты чего.
Не сдержалась и хихикнула. Следом хрюкнул от смеха Семён, подавил смешок Ростов. Наши взгляды были прикованы к Змею, который изо всех сил пытался совладать с собственным лицом и спрятать усмешку, но в итоге не выдержал и расхохотался. Встретилась взглядом с Клавдием, тот, улыбаясь, подмигнул мне.
— Ваш дуэт загонит меня в могилу, — отсмеявшись и вытирая слезы, произнес Горыныч. — Вам бы из исследователей сказочниками стать, не пропадете.
— Ваше Высочество, — вновь подал голос Семён, — так что? Изволите охотиться?