Негодуя от склонности большинства окружавших его людей концентрироваться на горестном настоящем, он приходил в ещё большее смятение, ежели те начинали жить прошлым. И пока он, перебирал в уме варианты выхода из нищеты, предпочитая оставаться в настоящем, (каким бы ужасным оно не было), убегать в неизвестное будущее Мишель пока не спешила. И только одному Джейку, бывшему пастуху скота было плевать как на свое прошлое, так и на будущее, довольствуясь тем, что было.
Сдержав свое обещание обучить грамоте этого негра, теперь, когда подходящей публики для общения больше не находилось, а мерить расстояния в десятки миль пешком, чтобы повидаться с ближайшими знакомыми из местной округи, у него не было никакого желания, дабы не томиться подолгу от безделья, Дэмиен взялся за выполнение своей просьбы. И довольствуясь некоторое время «высоко интеллектуальными» беседами с Джейком, боролся со скукой как мог.
Грамота поначалу давалась бывшему рабу с трудом: прикидываясь дурачком, тот упорно отказывался усваивать элементарные знания алфавита, а потом ничего, стал понемногу к ней привыкать. А когда учеба ему надоедала, и вовсе сбегал в поле. И тогда грозный «учитель», решив доказать, что обучение грамоте — дело нешуточное, порол его за «прогулы», что пошло бездельнику только на пользу.
Порка здорово взбадривала неприученного к дисциплине пастуха. И дела у черномазого с усвоением грамоты и вправду пошли шустрее.
Впрочем, уроки эти для Джейка даром не прошли. Научившись со временем читать по слогам, и немного писать, он даже выучил таблицу умножения, (на фоне тотального неверия в собственные способности!), правда, до шестью семь. А дальше, вообразив себе, что эту таблицу ему нипочем не одолеть, хоть до ста лет учись, снова удрал к себе и, облачившись в старые лохмотья обратно, был рад вернуться к прежней жизни.
Привыкнув жить в нормальном доме, свое старое жилье с прохудившейся соломенной крышей оказалось ему все же больше по душе. И как не пытался «учитель» вновь возобновить свои уроки, звставляя его выучить таблицу до конца, посчитав, что он и так знает слишком много, как для представителя своей «касты», от получения дополнительной порции знаний Джейк благополучно отказался.
Одно дело, если бы ему предложили пасти скот, как в прежние времени, а вот цифры и буквы, не говоря о злосчастной таблице умножения, ставшей для него истинным «проклятием», вызывали у негра настоящий ужас. И как Дэимиен не расхваливал перед ним перспективы обладания грамотой, Джейку все было нипочем.
Ещё никогда в жизни ему не приходилось видеть более упрямого чеономазого, чем этот. Уж ежели что взбредет ему в голову, так просто этого оттуда не выбьешь. В конце концов, плюнув на все, молодой человек перестал донимать его уроками и, оставив негра в покое, принялся вновь за обдумывание дальнейших перспектив своего будущего.
— А чего ты тогда не пошел с другими неграми, Джейк? — расспрашивал его в тот день Гилберт, подметая листья во дворе; мать, сославшись на привычную лень, уединилась в собственной комнате, а Мишель, будучи слишком увлеченной чтением очередного любовного романа, даже не пыталась сойти вниз, чтобы помочь ему с уборкой.
— А зачем оно мне надо? — с чувством наивной простоты отвечал ему бывший раб, ковыряя дырявой подошвой своего ботинка красноватую глину. — Мне и здесь хорошо.
— В этом я и не сомневаюсь. Просто ты мог бы сейчас запросто переметнуться на сторону Севера и, приняв присягу на верность Союзу, получить за это деньги.
— А мне они не нужны, — простодушно отозвался тот, поправляя на голове обтрепанную шляпу. — Я в них не нуждаюсь.
Молодой человек лишь пожал плечами в ответ. Ну, Джейку, может, без денег и было хорошо, а лично он вести полунищенский образ жизни до конца своих дней не собирался.
— А все-таки, почему бы тебе не подумать о перспективе побега на Север? Наше поместье пришло в упадок, того и гляди, скоро придется его продать с шерифских торгов за неуплату налога. За это время ты мог бы подыскать себе другого хозяина. Это все же лучше, чем оставаться с нами. Но если подобный расклад дела тебя не устраивает, так уж и быть, оставайся на воле.
— А разве я был от кого-то зависим? — задал он ему встречный вопрос с прежним упрямством.