— А других тем для разговоров больше не осталось?
У Мишель от возмущения перехватило дыхание.
— Ладно, раз уж ты начала говорить о «светиле», продолжай, — поторопил он её, с трудом скрывая свое негодование, — а я тебя послушаю. Как знать, может, сейчас обнаружиться новая и более исчерпывающие сведения о месте его нынешнего пребывания… Ну, и чего же ты замолчала? — спросил он, с удивление уставившись на неё.
От его слов ненависть вскипела в ней с такой силой, что некоторое время она не могла и слова вымолвить, трясясь от переполняющих её эмоций. Подойдя к ней вплотную, Дэмиен обнял ее за талию. Будучи знаком с крутым нравом «сестренки» не понаслышке, обычно он делал это осторожно, но сейчас взгляд девушки был устремлен как будто сквозь него, поэтому обвив ее талию своей рукой, он смелее прижал девушку к себе.
— Может, давай забудем, что я наплел когда-то в адрес высокочтимого «светилы» и начнем общаться, как раньше? — улыбнувшись, он посмотрел на нее сверху вниз; улыбка эта была сияющая и нагловатая.
Да она бы с радостью плюнула ему в лицо, если бы позволили обстоятельства, однако в данный момент ей ничего другого не оставалось, кроме как подавив свой гнев, придать своему лицу исполненное достоинства выражение.
Внезапно он взял ее за руку и, повернув ладонь вверх, неожиданно её поцеловал. Прикосновение его губ на руке обожгло девушку, и невольный трепет пробежал по её телу. И вообще, она собиралась выяснить, каким образом на документе появилась та злосчастная подпись, а вместо этого… Его губы продвинулись выше, к её запястью.
— Не вырывайся… Я не сделаю тебе ничего дурного.
— Попробуй только!
— Откуда такая уверенность в себе? — растерянность и гнев сводной «сестры» его лишь забавляли. — Признайся, я ведь всегда тебе нравился.
Мишель отрицательно кивнула.
— Но почему нет? — разочарованно спросил он.
— Потому что ты ведешь себя как заносчивый подонок.
Разговор принимал неожиданный оборот, и надо было действовать, пока не поздно.
— Я вижу, ты до сих пор чтишь память богоподобного «светилы», — стиснув ей до боли руку, проронил Гилберт, — но в твоем сердце должно найтись местечко и для меня…
У девушки от неожиданности перехватило дыхание. Да как у него вообще хватило смелости разбрасываться подобными заявлениями после того, что он совершил! Эх, сейчас он у нее попляшет! Сейчас она ему устроит!
Вспомнив о документе, она выхватила его из кармана, и только Гилберт выпустил её руку, она тотчас ткнула им прямо ему в лицо. Отшатнувшись, Дэмиен не сразу понял, что произошло, но увидев на листе подпись своего отца, внезапно все осознал.
Его коварный замысел, улики которого он тщетно пытался скрыть от окружающих, был разоблачен, и правда всплыла наружу, причем в самый неподходящий момент. Осталось только узнать, каким образом этот документ попал в руки несносной Баррингтон.
— Так это твоих рук дело? — переспросила у него Мишель, заметив, как резко он побледнел.
— Боюсь, что да, — безжизненным тоном отозвался Дэмиен, опустив глаза. Все было теперь против него.
***
When sea wash away my tears i will be fine
I finally will forget everything
Cats Never Die — In The Sky We Have No Mercy
— Да как ты вообще посмел вообразить себе, — продолжала неистовствовать Мишель, тряся перед его глазами бумагой, — что после того, как ты отправил Доусона невесть куда, подсунув на подпись своему отцу этот документ, я соглашусь на одно из твоих гнусных предложений…
— Ловко придумано, не правда ли? — усмехнулся он, перебивая её на полуслове.
Ей захотелось ударить его, но она до последнего старалась держать себя в руках, ведь столь безрассудный поступок мог иметь необратимые последствия.
— Подумать только, я живу под одной крышей с мерзавцем, который чуть не отправил к праотцам четверых человек!
Карие глаза девушки сверкали угрожающим огнем.
— Троих, — поправил её Дэмиен, пряча улыбку. — Тому проклятому техасцу все же удалось избежать моей методики «лечения».
— Троих? Да какая разница!
— Ну и что теперь? Разболтаешь все нашим?