Мишель обернулась, удивляясь столь резкому изменению его настроя. Дэмиен хотел остановиться, но оказавшись во власти боли от разлуки с ней, почувствовал ещё большее желание её уязвить. В конце концов, когда относишься к человеку со всей душей, а он лишь фыркает в ответ, со временем начинаешь от этого уставать, ибо нет ничего хуже, чем оказаться отвергнутым.
Все ещё пребывая под впечатлением слов его прощального напутствия, Мишель распахнула дверь и вышла на порог. В холл ворвался прохладный воздух июльского дня.
Сейчас звук её шагов замрет, а вместе с ним умрет все, что имело в его жизни смысл, однако Дэмиен не сделал ни единой попытки остановить её. В этом больше не было нужды. И даже если бы он вдруг ринулся следом за ней, Мишель все равно бы его оттолкнула. Своей «прощальной» фразой он раз и навсегда разрушил связующее их звено. И едва звук её шагов замер вдали, он поднялся по лестнице и, очутившись в её комнате, до сих пор хранивший приятный аромат своей хозяйки, подошел к окну. Отодвинув портьеру, Дэмиен принялся вглядываться в пустынную улицу.
Нет, не получат её ни Дерек, ни Доусон! Они не заслужили её! Не приемлющий поражения, даже когда оно было очевидно, Гилберт верил, что сумеет вернуть «сестру». Игра не кончена, и Мишель непременно к нему вернется. Не было ещё такой девушки, которую он не смог бы завоевать.
Да, сражение проиграно, но не война. Сейчас он просто не станет думать о том, что потерял её навсегда. Рано или поздно он найдет способ вернуть Мишель обратно, только подумает об этом уже завтра. Ведь завтра будет новый день...
***
Спустя две недели Мишель Баррингтон таки обвенчалась с Дереком Дэвисом, а когда прошло пару дней, обнаружила, что не может восстановить в памяти никаких подробностей о собственной свадьбе: таким нереальным и лишенным всякого смысла показалось ей это событие. Как будто у неё не до конца получилось свыкнуться с мыслью, что все это происходит именно с ней.
Все, что она более-менее помнила — это рассеянный взгляд Дерека, не в состоянии поверить, что девушка его мечты согласилась стать его женой; прикосновение руки будущего мужа, когда они шли к алтарю, и его робкое дыхание на своих губах после того, как на вопрос священника: «Желаете ли вы стать женой Дерека Дэвиса?», она ответила еле слышное «Да». Остальное Мишель воспринимала как декорации к сюрреалистической постановке.
Проходя мимо пьяных и улыбающихся гостей, (основную часть которых составляли её коллеги, и родственники со стороны жениха), в своем скромном подвенечном платье без фаты, которое сшила для неё Бриджит, она с рассеянным видом принимала сухие поздравления от родителей Дерека, (матери — крупной, и основательной женщины, почему-то невзлюбившую будущую невестку с первых же дней, и его отца — хрупкого, церемонно-вежливого старичка с отсутствующим взглядом, и бродившего мыслями где-то в прошлом веке), машинально отвечая на комплименты. И совершая этот обряд из приличия, новобрачной казалось, что она видит перед собой какой-то кошмар, спастись от которого одним лишь «пробуждением» вряд ли получиться.
Хорошо, что на неё быстро снизошло отупение, не позволяющее полностью предаться собственному унынию. И продолжая наблюдать за ситуацией со стороны, она не переставала удивляться глупости окружающих, видевших в ней только счастливую супругу.
Среди гостей отсутствовали только Дэмиен и Джессика. И хотя приглашения на свадьбу были разосланы всем, разделить мнимую «радость» по поводу церемонии бракосочетания с остальными у них не получилось. И именно тот факт, что сводный брат не пришел на свадьбу, чтобы «поздравить» её с началом новой вехи в своей жизни, говорило о том, что этому торжеству он не придавал особого значения.
Пребывая в предвкушении брачной ночи, после которой он должен был состояться как муж, Дерек нервничал ничуть не меньше невесты, пытаясь заглушить свою тревогу большим количеством виски. И не успела свадьба подойти к концу, как он оказался настолько пьян, что его закадычному другу, (и шаферу по совместительству), Лукасу Дайсону приходилось следить за тем, дабы тот, потеряв ощущение пространства и времени под влиянием алкоголя, не свалился во время церемонии под стол.