И тут же отрицательно мотнул головой.
— Чудес не существует. Есть знания «законов». Чудеса — они для тех, кто в них верит, а для тех, кто знает, как это «работает» — совсем не чудеса. Если вы работаете с Силами, то должны принимать от Них все, что вам дают: и плохое, и хорошее. Если дали плохое — это Знак, что нужно работать над собой и что-то исправлять в себе на духовном уровне, а в проигрыше никто не виновен, если посмотреть на ситуацию свыше, а не взглядом стада. Если вы к Высшим Силам не протягиваете руку, вы думаете, они протянут вам её? Зачем вы тогда им нужны?
Поправив манжеты на рукавах, он внезапно встал и, окинув собравшуюся публику презрительным взглядом, добавил:
— Распинаться перед вами в тонкостях эзотерических знаний, — дело неблагодарное. Все равно, что бисер метать перед свиньями — движений много, результата — ноль. Только зря голосовые связки порвешь.
— Ну, может, вы все-таки останетесь с нами? — настаивал посетитель, мечтая послушать его экзерсисы до конца.
— Сейчас на меня многие обидятся, но у них свои понятия, — сказал им всем на прощание мужчина, нетвердой походкой направившись в сторону выхода. — Они выбрали свой Путь. Все те, кто друзья Брайана Каррингтона — мои враги. Запомните это!
— А Эстелле Фицджеральд что передать? — осмелел сам Каррингтон, заметив, что тот собирается покинуть «клуб».
— Скажите ей, что Я САМ УШЕЛ!!! СЛЫШИТЕ ЛЮДИ? Алекс Доусон САМ УШЁЛ! Не верьте никому!!!
— Как скажете, но вы всё же появляйтесь иногда. В нашем заведении. Я был бы рад с вами пообщаться, — попросил его новый знакомый. — У Вас очень интересный подход к жизни.
— Мой подход к жизни в том, что его не существует, — кратко отметил «светило». — Я живу иначе, чем остальные, и это ни хорошо, и ни плохо. Это всего лишь Мой Путь. Лев не может следовать за овцами. Либо он ведет стадо за собой, либо идет ОДИН. А не наоборот. Потому что за стадом он не последует никогда.
Хлопнув дверью, Алекс Доусон покинул «клуб», в этот раз навсегда. Проводив его взглядом до дверей, Каррингтон невольно покачал головой.
— Я слышал, он где-то воевал. Это правда?
Энтони Эндрюс отрицательно кивнул.
— Он духовный воин. Сражается с Тьмой и нечистью.
Глава 6.6
— Подай, пожалуйста, стаканчик. А если он грязный, то сполосни и налей.
Рассевшись в гостиной на небольшой кушетке, мужчина наблюдал за работой своей недавно нанятой горничной. Налив виски, та протянула ему стакан, но прежде чем взять его у неё из рук, Карлос Дин, (а это был он), как-то странно на нее покосился. Слегка вздрогнув от неоднозначного взгляда этого типа, она вновь принялась за уборку кухни. У неё не было доверия к этому человеку. Тем более он уже с самого утра был не в духе.
Быстро начистив решетку, Мишель выгребла из очага золу, после чего поплотнее затянув на своей талии старый ситцевый фартук, принялась до блеска протирать камин. А ведь ей надо было ещё натереть полы, смахнуть с мебели пыль и помыть окна. С сожалением посмотрев на свои холеные руки, от которых через неделю такой кропотливой работы могло остаться одно лишь воспоминание, она неохотно взяла в руки тряпку.
— Звать-то тебя как? — осведомился у неё спустя время мужчина, с довольным видом приглаживая свои усы.
— Мишель, — тихо отозвалась та, пытаясь понять, к чему клонит этот незнакомец.
— Красивое имя, — хмыкнул Карлос Дин, и, пригубив немного спиртного, оценивающим взглядом окинул её фигуру. — Да и сама ты тоже… Красивая.
Мгновенно вспыхнув, Мишель попыталась сосредоточиться на мытье каминной решетки. Ежели этот тип начнет приставать к ней со всякого рода непристойностями, ей придется отказаться от этой работы. Мало ли в Атланте домов, где можно было бы устроиться горничной, а то и вовсе гувернанткой, если повезет?!
Но это жилище она облюбовала потому, что оно находилось на отшибе от города, а значит помогало избежать лишних пересудов, ежели кому-то из ее знакомых вдруг посчастливиться узнать, что окончательно порвав с госпиталем, она была вынуждена пойти зарабатывать на хлеб как простолюдинка, устроившись в чужой дом служанкой.