Глава 7.5
Отправившись после похорон домой, Дэмиен собирался по привычке принять ванную, а после забыться тревожным сном, однако стоило ему переступить порог своей комнаты, как почувствовав резкую боль в сердце, он с трудом добрался до постели, после чего свалившись на неё, пролежал в таком состоянии, пока ему не стало лучше, а в голове не начало проясняться.
В последнее время он позволял себе слишком много крайностей, за что едва не поплатился. Проблемы с сердцем немного отрезвили его, и, осознав однажды, что не так уже неуязвим в физическом плане, как ему казалось ранее, он был вынужден «нажать на тормоза», завязав до поры до времени с излишними страстями. В противном случае ему грозила перспектива умереть от остановки сердца на почве нервного истощения, не преодолев и тридцатилетнего возрастного рубежа.
Доктор со своей мягкой, и слегка картавой речью напомнивший ему старого лекаря, который лечил его когда-то в детстве, прописав сердечные капли и успокоительное, посоветовал ему следующие пару недель провести в спокойствии и воздержаться от поездок за город, но привыкший «работать» до изнурения, Гилберт и слышать ничего не хотел о подобной отсрочке. Особенно теперь, когда после увольнения самого совестливого своего управляющего ему приходилось буквально ходить по пятам за новым управляющим, контролируя каждый его шаг. Увы, доктор, не горя желанием сбывать с рук столь «дорогого» пациента, был вынужден принять меры и, застращав его последствиями возобновления активности, таки нашел способ подольше продержать своего «клиента» на домашнем лечении.
Очутившись на месте пациента, валяться целыми днями в постели, ни о чем не думая, с одной стороны было приятно, но стоило Дэмиену подумать о предприятии, как его тотчас охватывали мысли о сокращении срока своего пребывания в стенах дома, мечтая как можно скорее очутиться за его пределами.
Слово «терпеть» отсутствовало в лексиконе Гилберта, как таковом. Это другие могли себе позволить идти по прямой, и, пробивая стены головой, «трансформировать», таким образом, свою личность, добиваясь желанных целей.
Для него же само понятие «преодоление чего–либо» путем испытания собственной силы воли, вызывало такую смертную тоску, что вместо того, чтобы бороться с препятствием напрямую, он предпочитал найти тысячу и один способ обойти его стороной или уничтожить в попытке получить желаемое. Пусть другие «бодаются» со стенами. У него были свои методы достижения целей.
Он любил получать все здесь и СЕЙЧАС. Ожидание никогда не входило в список приемлемых для него вещей.
Даже переговоры с конкурентами, если они длились дольше десяти минут, вызывали у молодого человека такую смертную скуку, что устав от необходимости поддерживать разговор, прерывая диалог на самом важном моменте и без всякого предупреждения, он мог оставить собеседника в одиночестве, и, прогулявшись, к примеру, по саду, вернуться обратно лишь тогда, когда на него снисходило вдохновение.
Один раз, наплевав на предписания врача, Дэмиен предпринял попытку тайно выбраться на предприятие, однако стоило ему подняться с постели и сделать пару шагов в сторону двери, как почувствовав легкое головокружение, и дрожь во всем теле, был вынужден вернуться обратно. И забравшись снова в постель, пролежать в таком состоянии до полудня, запрещая себе даже думать о попытке повторения подобной вылазки из своего убежища. Так что с визитами на склады пришлось немного повременииь. И как бы его туда не влекло, он был вынужден некоторое время отсидеться дома, набираясь сил. Впрочем, постельный режим его неугомонной натуре пошел только на пользу.
Так толком и не отдохнув после падения Атланты, вечно находясь в заботах, Дэмиен только теперь мог позволить себе наконец-то взять «отпуск» для восстановления сил. Но даже если бы у него и появилась возможность от всего отдохнуть, несмотря на все преимущества такого отдыха, пользоваться ею он почему-то не спешил. Лишь когда Провидение, так некстати вмешавшись в судьбу, приковало его при помощи недуга к постели, всерьёз задумавшись о собственной неуязвимости, он многое переосмыслил в собственной жизни.
Этот период совпал с окончанием сезона проливных дождей, когда на улице, наконец, установилась по-летнему солнечная погода, и можно было сутки напролет гулять за городом, не опасаясь быть застигнутым врасплох проливным дождем. Но не имея никакой возможности покинуть свое убежище раньше срока, Дэмиену оставалось лишь любоваться видом летнего пейзажа из настежь распахнутого окна, откуда доносилось горячее дыхание зноя, смешанное с запахом сушеной травы и листьев.