В навигации мои ребята пока не сильны, но высота вулкана Беренберг позволяет его увидеть с расстояния более ста шестидесяти километров, так что мимо острова мы не промахнемся. В ином бы случае я не стал бы рисковать. Приняв решение идти к Ян-Майену, я вышел на палубу и велел дать сигнал другим судам об изменении курса.
Через четыре дня, ранним утром, на горизонте, чуть в стороне от нашего курса, показалась верхушка конуса вулкана Беренберг. Что примечательно первым увидел его не кто иной, как Френсис Дрейк, так что называться он в этой истории будет Дрейковой горой. Френсис сходу предложил назвать обнаруженную сушу Землей Торреса. Так что мне ничего не оставалось, как ответить любезностью на любезность. Ближе к обеду мы подошли к береговой кромке и высадились. Остаток дня потратим на беглый осмотр и установку памятного знака, а завтра по утру отправимся в путь…
…
В устье Шельды мы вошли двадцать четвертого августа и на следующий день причалили в Антверпене. По прибытию, я сначала навестил Шарля де Леклюза, дабы пригласить его в Россию. На вопросы по поводу "Государева зимнего сада" ответил уклончиво, дескать, мое дело обеспечить стекло и чугун для оного "чуда света", а непосредственно строительством занят дьяк Московского Монетного Двора, Иван Васильевич Кожемякин, некогда работавший одним из моих мастеров, но благодаря своему усердию и уму сделавший головокружительную карьеру при дворе Русского Царя. Тут будущий "отец микологии" изрядно оживился и спросил, я могу его представить сему вельможе.
– Несомненно! Но и он может лишь рекомендовать вас Государю. Сложность в том, что нужно себя зарекомендовать перед лицом Государя с наилучшей стороны.
– Я так понимаю, что рекомендательные письма от европейских ученых в России мало чего стоят?
– Они будут приняты во внимание, но их одних всё же недостаточно! Вам нужно показать себя в деле и тут я могу вам помочь: три года назад я заказал у антверпенских торговцев семена различных растений из Новой Испании, и большая часть их уже доставлена, так что мне нужен человек, который помог разобраться со всем этим. Некоторые из них вкупе с подробной методикой выращивания, могут стать неплохим подарком для Государева Зимнего Сада, а вам лично обеспечат подобающее место при дворе и, возможно, позволит занять кафедру биологии при Московском университете…
– У вас тоже есть что-то вроде зимнего сада, где я могу их выращивать?
– Да, есть. Само собой в куда более скромном варианте, но, тем не менее, нам уже удалось получить там урожай от некоторых растений из нового Света…
– Когда я должен отправиться в Россию? – спросил де Леклюз.
– Вы можете отправиться вместе с нами. У меня есть ещё кое-какие дела в Антверпене, но в течение недели я думаю все их завершить, после чего мы направимся обратно…
…
После бесед с голландским ученым я отправился к торговцам, у которых в свое время мои люди заказали семена из Нового Света. Картофель, перцы и помидоры у меня уже имелись, однако, учитывая разнообразие их сортов в Новом Свете, я пообещал купить всё, что купцы смогут привезти в пределах выделенной суммы. Привезли! Даже образцы высушенных растений приложили к некоторым мешкам с семенами, и кратное описание на латыни, испанском, португальском и даже иврите, причем чуть не все записки – разными почерками!
Похоже, господа коммерсанты всё поручили посредникам. Ну и на этом спасибо, а вот понять, что к чему будет непросто. Кукурузу, подсолнечник и арахис опознал сходу, по семенам, а вот томаты и красный перец уже только по описаниям. Что такое "papas" я не сразу понял, но, рассмотрев рисунок, сообразил, что это картофель, вот только мешочков тут не одна сотня и семена хоть и похожи, но всё же разные. Похоже, мне просто привезли все сорта, до которых руки дотянулись. Я в свое время слышал, что в Перу их сотни…
Хорошо хоть у меня есть, кому с этим разбираться. Даже если от каких-то растений не будет хозяйственной пользы, для "юных ботаников" неплохая практика. Да и для попечителя "Государева зимнего сада" неплохой подарок – то-то Иван Кожемякин обрадуется! Ну и Шарлю де Леклюзу будет чем заняться…