– Ну, похищать точно не стоит, - усмехнулась я.
– Ладно, пойду отменю наш план с пацанами, - хохотнул Артём и вышел из кабинета.
Я проводила ученика глазами. Этот парень был не в меру болтлив, не знал ничего об уважении и, вероятно, думал почти исключительно о сексе, но тем не менее повёл себя правильно в критической ситуации. Конечно, было бы лучше, если бы он не ждал ночь, чтобы сообщить об увиденном на парковке, но и того, что он сделал, было вполне достаточно, чтобы мое мнение о нем значительно улучшилось.
Оставшиеся уроки я провела, будучи в приподнятом настроении. Я пошла на поводу у учеников - они выбирали сериал, мы с ними смотрели серию, а затем обсуждали увиденное, используя все знания английского. Ребята были рады такому стечению обстоятельств и с удовольствием болтали.
После уроков я засела за свой ноутбук, просматривая темы уроков и домашние задания за те дни, когда меня не было. Эта работа меня так увлекла, что я не заметила, как наступил вечер. В тишине кабинета раздался звонок телефона. На экране высветилась надпись «Господин директор», и я незамедлительно смахнула пальцем бегунок для ответа.
– Алло?
– Зайди ко мне, куколка, - в динамике раздался низкий голос директора.
Ни тебе «здравствуй», ни «пожалуйста». Как это для него типично!
– А если я занята? - с улыбкой поинтересовалась я, закрывая ноутбук.
– Я твой директор и я освобождаю тебя от всего, чем бы ты ни была занята.
Ну просто сам Наполеон Бонапарт во плоти!
– О мой повелитель, как вы великодушны, - воодушевленно пропела я.
– М-мда, - удовлетворённое протянул директор. - Запомни эту фразу, повторишь ее, когда я скажу.
– Мечтай, - со смехом фыркнула я и сбросила вызов.
Я встала, одернула юбку, подхватила сумочку и пошла к начальству. Куда же ещё!
В школе было тихо и пусто. Прямо как тогда, в понедельник, перед похищением - сразу подумалось мне. Я мотнула головой, выгоняя из головы тот день. Он не повторится, и сейчас - совсем не как тогда, хотя бы потому что я иду не домой, а в кабинет к директору.
Я спустилась на первый этаж с преувеличенной бодростью. В приёмной было пусто, но как-то чересчур. Никаких вещей Танечки не было, так что я с порога и спросила у директора:
– А что с Танечкой?
Он поморщился, поднимаясь мне на встречу.
– Не называй ты ее так. Она кто угодно, но не Танечка. Я ее уволил.
Мои брови изумленно взметнулись наверх, а вместе с ними радостно подскочило сердце.
– Почему? - спросила я, боясь услышать ответ.
– Потому что она мне больше не нужна, - ответил директор, пожав плечами. – И я был бы невероятно счастлив видеть тебя в своей приёмной, - улыбнулся директор, притягивая меня к себе.
– Что? - игриво возмутилось я. - Ну уж нет! Лучше я буду там, этажом выше, а ты мне будешь звонить и просить своим важным голосом «Зайди ко мне».
– Ладно, только с маленькой поправочкой, - директор склонился к моему уху и прошептал. - Это не будет просьба.
Я закатила глаза. Конечно, он ведь господин директор! Какие уж тут просьбы.
Пока я придумывала хороший ответ, он прижал меня к себе и вдохнул воздух где-то около шеи.
— Как же умопомрачительно ты пахнешь!
Я зажмурилась от удовольствия. Как же хорошо было слушать его комплименты, находиться в его руках, быть прижатой к его крепкому телу! Я собиралась скользнуть руками вниз, чтобы забраться под его пиджак, но услышала голос со стороны приёмной:
– Вот наши голубки.
Я застыла, а директор резко обернулся. За его спиной стоял Эдвард и ещё один мужчина, которого я видела впервые. Он был пожилым, седая борода, седой ёжик волос и морщины на лице сразу выдавали возраст. Однако он как будто чувствовал себя хозяином положения - стоял в слегка расслабленной позе. Чего не скажешь о директоре - он весь подобрался, и я последовала его примеру.
– Чем обязан? - грубо спросил директор, глядя на седого мужчину.
– Пришло время освободить кресло директора, - ухмыльнулся Эдвард, обошёл нас и сел в вышеупомянутое кресло.
– Эд, что, блять, происходит? - голос директора стал тише и опаснее.
У меня от этого голоса мурашки по спине побежали. Эдвард же нагло улыбнулся в ответ:
– Мы с дядей решили, что пора тебя сократить.
Директор медленно перевёл взгляд на седого мужчину, и тот утвердительно кивнул и улыбнулся, как Эдвард.
– Константин Демидович, вы конкретно проштрафились.
– В чем, Геннадий Ипполитович?
Геннадий Ипполитович?! Тот самый Геннадий, который хотел забрать школу у директора и которому был должен мой отец?!