Но если Рурша доложит родителям подопечного, Хас может рассердиться, и тогда конец их дружбе. А Рурша свою нынешнюю жизнь очень ценил. Никто и никогда раньше не относился к нему с такой добротой, как госпожа Хлоя и её сын.
В детстве родители продали Руршу в рабство, когда родилась его младшая сестрёнка. Убить родного сына у них не поднялась рука, и они решили подзаработать другим, более гуманным, как им казалось, способом.
О родителях Рурша мало что помнил. Картинки из детства смазались, и он не старался вернуть эти воспоминания. У большинства мальчиков-рабов в междумирье была схожая история. Так что Рурша не считал себя каким-то особенно несчастным по сравнению с другими. Всех били. Всех морили голодом. Всех заставляли работать до обморока. Кто-то умирал, кто-то становился дикарём. Ну а Рурше и Хашизу повезло, что их купил господин Ксабиан Грей.
Даже несмотря на датчики контроля, которые новый хозяин вшил рабам за ухо, Рурша ни за что не хотел бы вернуться обратно.
Серый охранник подумал, всё взвесил и решил, что не станет вмешиваться в хозяйские дела.
***
Долгое время Хас обливался слюной, глядя на рекламу секции по баскетболу, считая себя непригодным для большого спорта.
Однако в марте, перед началом каникул, его желание пересилило, и он завёл разговор с родителями.
С недавнего времени мама снова стала работать вместе с отцом. Они даже время от времени спали вместе, но всё ещё часто ругались и держались отстранённо, не как раньше. Теперь у них появился новый, якобы семейным обычай – завтракать вместе.
– Я хочу записаться на секцию по баскетболу, – сообщил родителям Хас.
– А с Маратом ты посоветовался? – спросила Ольга.
– Угу. Он сказал, что я могу тренироваться не в полную силу.
– Занимайся, – одобрил отец. – Я приставлю к тебе телохранителей-людей.
– Это ещё зачем? – возмутился мальчик.
– Они доставят тебя до места и проследят, чтобы ты был в безопасности.
– Но ведь Рурша и так следит через линзу!
– Если кто-то увидит рядом с тобой серого великана, наша тайна раскроется. Ты ведь это понимаешь? И если в школе, которая тщательно охраняется, я разрешил тебе ходить без сопровождения, то здесь – нет!
– А с чего ты взял, что там нет охраны? – уже почти визжал от недовольства Хас.
– Я не знаю. Потому и приставляю к тебе охрану.
– Но я не хочу, чтобы всё повторилось, как в школе!
– Я всё сказал! – прогремел отец.
Хас едва не расплакался. Даже главный, скрытый аргумент, что Хас теперь умеет перемещаться порталом, отца бы не переубедил. Так что пришлось прикусить язык и промолчать. Что-то подсказывало, что папе пока не стоит говорить об открывшейся способности.
В конце концов есть надежда, что баскетбольный зал под надёжной охраной, и телохранители не понадобятся. Но всё же… Как же бесит, что папа перестал понимать Хаса.
***
К счастью, двухметровые амбалы в чёрных костюмах остались сидеть на трибуне, а не бегали за подопечным по пятам. Не то вот был бы цирк – эксклюзивное представление. Ибо никто бы больше не пустил Хаса на тренировку.
Но и без того Хас чувствовал себя неловко, когда его тестировали на умение играть. Теперь товарищи по мячу будут знать, что Хас – сын какого-то шишки и от него стоит держаться подальше. Школьная история повторится.
Из десяти бросков в корзину с разного расстояния Хас забил все десять. Тренер, впечатлившись, попросил сделать ещё два броска из-за спины, не глядя. Попадание!
А вот ноги, предательски дрожащие от волнения, подвели: пронестись по залу молнией, чеканя мяч, не получилось. Колени подгибались и норовили задеть друг друга.
С игрой в команде дело пошло лучше: так как Хас был выше всех ростом, он без труда делал пасы сокомандникам и забивал голы.
В конце занятия тренер, Андрей Геннадьевич, побеседовал с новеньким:
– О своих недостатках и достоинствах ты, Саша, и так всё знаешь. Взять-то мы тебя возьмём, но если хочешь делать успехи, тренируй технику бега.
– Мне скоро сделают операцию, и я стану полностью нормальным, – простодушно ответил Хас, показывая на свои ноги. – А пока я хотел бы просто тренироваться.
– Во время игры идёт большая нагрузка на колени. Я советую тебе начать заниматься после восстановления.
– Нет, я хочу сейчас! – упрямо заявил Хас.
– Хорошо, Саша, – кивнул Андрей Геннадьевич. – Тогда в течение двух недель принеси письменное согласие родителя и справку от терапевта, что тебе можно заниматься баскетболом. Бланки возьмёшь у администратора. Там же напишешь заявление, что хочешь заниматься у нас.
– Спасибо, сделаю.
– Да, и ещё: посторонних в зал мы обычно не пускаем. Только в исключительных случаях. Здесь у нас и своей охраны хватает. В следующий раз, когда придёшь, оставь телохранителей за дверью.
– Простите. Меня папа заставил их взять.
– Передай ему, что в этом нет необходимости.
– Обязательно передам, – улыбнулся Хас. Теперь-то у него будет повод отказаться от прихвостней. Не пойдёт же папа против его мечты. Это было бы чересчур жестоко даже для него.
– Вот и отлично. Расписание смотри на сайте, – добавил тренер. – Ну, до встречи! – и он ушёл тренировать следующую команду, на этот раз уже женскую.
В раздевалке к Хасу подошёл один из ребят с тренировки.
– Привет. Классно бросаешь, – сказал он.
– Спасибо. А ты высоко прыгаешь, – ответил Хас.
– Я Лео, – представился парень. Он весь, от головы до ног, был ржаво-рыжего цвета, и красная форма делала его ещё больше похожим на варёного омара.
– Э-э, Саша.
– Ты, кстати, похож на серого великана, – заметил Лео.
– Да, мне уже говорили, – смущённо улыбнулся Хас.
Вслед за Лео к Хасу подошли познакомиться и остальные ребята, и никто не пытался его оскорбить или ткнуть носом в физические недостатки.
Из-за своего высокого роста Хас попал в команду, где парням было от шестнадцати до восемнадцати лет. Впрочем, рассказывать всем про свой достаточно юный возраст мальчик не торопился.
По дороге с первой тренировки Хас железобетонно решил для себя, что будет держаться за это место всеми силами и выкладываться по полной. Да и Руршу больше не придётся пытать каждый день игрой в баскетбол.
Наконец-то начинается настоящая жизнь!
***
Марат не одобрил жгучего желания Хаса заниматься баскетболом в команде. Вот если бы это были просто дежурные занятия с мячом, тогда другое дело. А до операции давать на сухожилия неправильную нагрузку – это вредно. Сначала нужно «выпрямить» ноги, иначе потребуется не одна, а целая серия операций.
Когда Марат вынес этот вопрос на обсуждение с родителями, Хас подумал, что вот сейчас возьмёт и умрёт от горя.
Отец строго посмотрел на Хаса:
– Ты же говорил, что Марат ничего не имеет против? – спросил он.
– Так он и не имел, – буркнул Хас, предчувствуя крушение своих далеко идущих планов.
– Речь шла о тренировках с мячом, а не командном баскетболе, – сказал Марат.
– Я мечтал заниматься этим всю жизнь! – чуть не плача, отстаивал правоту Хас. – И я сам знаю, что мне вредно, а что нет!
– В июне, после экзаменов, у тебя операция, – мягко напомнил Марат. – Наша с тобой задача на эти два месяца – закрепить достигнутый результат, а не потерять его.
– Погодите-ка, – вмешалась Ольга, – ведь существуют экзоскелеты и лангетки. Что-то же можно придумать, чтобы свести риски к минимуму.
– Они не обеспечат полной защиты от травм. Я настоятельно рекомендую дождаться полного восстановления, – резюмировал Марат.
– Я уже устал быть инвалидом и ждать неизвестно чего! – окончательно расстроился Хас.
Теперь речь шла уже не об охранниках, а о самой возможности посещать тренировки.