— Я иногда, когда никто не видит, забираюсь на стену и смотрю на летающие машины. Они такие красивые. А когда взлетают и делают в воздухе свои фокусы, так прямо дух захватывает.
Анелин смеялась, легко и просто. Она подпрыгивала, надеясь разглядеть за спинами людей, что происходит впереди и продолжала говорить. Она объяснила, что если от центральной площади пойти вправо, по самой широкой улице Брисбурга, то можно прийти к ратуше, где есть еще одна площадь, поменьше этой, но тоже большая. Раньше ратуша была здесь, но лет триста назад в городе случился большой пожар, полностью уничтоживший и ратушу и большую часть старого города, и тогда решили построить новую, а новом месте. И ратуша эта вышла куда как лучше и больше, чем та, что была здесь. За ней расположился огромный парк. Там даже карусели имелись, но Маглинер ее никогда туда не пускал и сам не водил, говоря, что маленьким девочкам нечего делать в подобных местах.
— А разве ж я маленькая? — Возмущалась Анелин. — Мне уже почти пятнадцать. В следующем месяце будет. Разве я маленькая? Моя мать в этом возрасте замуж вышла.
Ее взгляд стал пустым, а на глазах навернулись слезы, но она тут же вскинула голову и указала куда-то вперед.
— Смотрите, Артур, там яблоки! — она облизала губы, думая, что Артур этого не видит.
— Хочешь одно? — предложил ей Артур.
— Они дорого стоят, особенно сейчас. Торговцы всегда задирают цены на праздниках. Они знают, что люди будут покупать все, и на цены не слишком смотрят. У меня денег и в обычный день на них нет.
— Пойдем! — Артур подхватил ее за руку и чуть не силой потащил к прилавку.
Торговец вонзил в сочную спелую плоть яблока длинную тонкую палочку и, окунув в карамель, протянул его Анелин.
— Я не могу, — тихо прошептала та, прячась за спиной Артура. — Это дорого.
— Держи! — Артур сунул яблоко под нос Анелин, повернулся к обрабатывающему следующего покупателя торговцу. — Где моя сдача, милейший?
— А разве должна быть сдача?
— Неужто ты берешь десять крон за одно подгнившее яблоко?
— Обижаете, — насупился торговец. — У меня только лучший товар.
— И он стоит десять крон? — Артур чуть приблизился, перехватывая трость. Бить он естественно не собирался, но торговец побледнел.
— Нет, конечно, нет, — в его руках появились монеты. — Всего три. Простите, господин. Но товар у меня лучший в Брисбурге.
— Пусть так, — согласился Артур, демонстративно пересчитав монеты, ссыпавшиеся ему в ладонь.
— Три кроны за яблоко и немного карамели, — сокрушенно вздохнул он, когда они с Анелин отошли. — Ты почему не ешь? — он замер уставившись на не тронутое яблоко. Карамель уже стекла с него на пальцы девушки и угрожающе висела над платьем. — Ешь! Оно твое!
— Я не могу, — она протянула яблоко Артуру. — Это слишком дорого. Мне нечем будет заплатить вам за него.
Капля карамели сорвалась и разбилась о мостовую.
— Ты сейчас всю карамель потеряешь, — улыбнулся Артур. — Ешь и не думай о том, что что-то мне должна. И еще, если бы я хотел угостить тебя просто яблоком, я бы купил просто яблоко. Скажи мне, Анелин, а что это за здание? — он указал на низкое одноэтажное здание, одним концом глубоко вдававшееся в улицу, вызывая на ней крутой зигзаг.
— Это старые казармы, — зубы Анелин впились, наконец, в яблоко. — Сейчас там музей. Там всякие военные штуки показывают. Оружие и старую технику. Там говорят первая летающая машина стоит. Но я там никогда не была. Маглинер не любит подобных мест, а мне так нравятся эти летающие машины.
— Самолеты? — уточнил Артур.
— Да! — радостно воскликнула девушка и подпрыгнула — Самолеты. Вы летали когда-нибудь? Мне так хочется полетать. Птицы они свободны, им нечего делать на земле и никто не говорит им куда лететь. Я понимаю, что с такой машиной я птицей не стану, но я думаю, что в небе так прекрасно, — она тяжело вздохнула.