На один вечер хватит удивлений. Собственно само предложение и вызывало в Артуре больше всего удивления. Он не сомневался, что придумать такое у актрисы, какой бы великолепной она не была, не хватит ума, да и к тому же именно Рудольф говорил и сыпал деталями с таким знанием дела, словно не один день провел, разрабатывая, сей великолепный план. Но удивлял даже не сам план, а то с какой легкостью Рудольф, не отпираясь и не юля, выложил перед Артуром мельчайшие подробности схемы по ввозу в Брисбург контрабандного женского белья и других вещей способных разжечь в мужчине угасающее пламя страсти. Само белье интересовало мало, оно шло в комплекте и избавиться от него не получалось никак, а вот вино и ароматы с далеких берегов южных морей еще как. Артур же, ожидая чего угодно, но только не такого, слушал, открыв рот и вытаращив глаза. Он не понимал, зачем нужно выстраивать сложные цепочки человеческих отношений, искать обходные ходы, рисковать быть пойманными. Зачем? Если все перечисленные товары можно купить вполне легально и заплатив отнюдь не драконовскую пошлину легализовать товар. А легализовав можно делать с ним все что угодно. Хочешь, продавай, хочешь, дари или носи сам. Зачем такие сложности? На этот вопрос Рудольф ответил всего одним словом:
— Прибыль.
И ответ этот все объяснил. Люди во все века хотели и хотят извлекать из своих действий максимум результата. Можно ввести товар, можно его легализовать, но получить сверх прибыли не получится. Да, и качество легального товара должно быть на высоте. Никто не станет покупать сшитый на коленке, из простеньких кружевных тканей корсет. Всем нужны дорогие, может быть и менее надежные, но дорогие вещи. А значит, придется указывать их реальную стоимость, а значит, вырастет и пошлина. К тому же, белье интересовало Иннес только в качестве дополнительного источника дохода. Больше всего она надеялась на духи и конечно вино.
Брисбургская империя не раз и не два пыталась договориться, взять силой, подкупить власти островных государств, но всякий раз натыкалась на отказ, будь то в бумажной, или же военной форме. Последнюю попытку подмять под себя южан они совершили почти десять лет назад и увязли в вялотекущей, не приносящей ощутимых потерь, но поедающей ресурсы войне. Чем и воспользовался Лаундебург, подняв восстание и объявив независимость. Об этой связи Артур слышал в первый раз. Он никогда не интересовался тем моментом, когда власти мятежного города решили, что с них хватит имперской власти. Но это его заинтересовало, лишь в качестве информации, то, что говорил Рудольф дальше, разжигало в Артуре огонь жадности.
Одержав в войне с южанами техническую победу, а проще говоря, выйдя из нее, при помощи ничего не значащего мирного соглашения, империя разрешила ввоз некоторых товаров. В частотности тех же духов и вина, но обложила их такими пошлинами, что легально ввозится лишь малая часть, не способная удовлетворить все растущие потребности знати и богатых людей в хорошем вине и приятных запахах. К тому же имперцы жестко контролировали цены на продаваемые в пределах государства товары, не позволяя повышать на них цены. Островные купцы, хоть и продолжали поставлять сюда вино, но делали это все менее охотно. А те купцы, что происходили из Брисбурга, хоть и платили в казну меньше, но на остатки прибыли с трудом могли свести концы с концами.
Как итог, вина и духов становилось все меньше, а спрос все рос. В богатеющем за счет налогов, собираемых в провинциях, Брисбурге, люди все больше задумывались о хороших вещах. Потому ввозимое тайком и продаваемое из-под полы, в темном зале варьете, о котором официально никто не знал, сулило не малые доходы.
Почему этого не сделали раньше? Тоже все просто. Во-первых, это было не возможно, пока власть в театре не перешла к Иннес. Предыдущий владелец театра был человеком весьма обеспеченным, и прибыль его попросту не интересовала. Он занимался театром лишь собственного удовольствия ради. Когда же он завещал театр еще молодой и весьма талантливой актрисе, проявившей талант не только на сцене или в постели, но и в делах экономических, выяснилось, что именно его деньги держали заведение наплаву.