Артур пожевал губы, давая себе возможность еще раз все обдумать, открыл глаза готовясь озвучить решение, усмехнулся, увидев напряженные лица актрисы и заговорщика и подавшись вперед, открыл рот.
В дверь постучали. Вежливо, но требовательно. Так стучат в дверь слишком много возомнившей о себе любовницы. Или же так стучит полиция, не желая напугать потенциального свидетеля раньше времени. Иннес сделала шаг к двери, замерла, бросила быстрый взгляд на напрягшегося Рудольфа, покачала головой, оправила халат и взъерошила волосы. Рудольф схватил Артура за руку и силой увлек его к ширме, на ходу расстегивая скрывавшуюся под курткой кобуру, и слегка приподнимая пистолет.
Едва мужчины скрылись за ширмой и затаились, Иннес шагнула к двери и отперла ее.
— Прошу прощения, госпожа Иннес, — на пороге стоял полицейский в форме. Он смущенно опустил глаза в пол, не решаясь смотреть на зевающую приму театра. — Нам необходимо ваше присутствие.
— Необходимо? — Иннес зевнула и поежилась, плотнее заворачиваясь в халат. — Присутствие? Что случилось Пауль? Ваш патрон снова не может найти выход? — она улыбнулась лейтенанту.
— Боюсь, что все намного хуже, госпожа Иннес. В вашем театре, в ложе для почетных гостей, произошло двойное убийство.
— Что? — Иннес пошатнулась и схватилась за дверную ручку. — Убийство?
— Именно так. Убит судья Пумель и неизвестный нам господин. При последнем не обнаружено никаких документов. Свидетели утверждают, что он сильно хромал на правую ногу и есть показания, что в театр он прошел без билета. С ним была девушка в красном платье. Она жива, но ранена. Вы что-то можете сказать об этом господине?
— Нет, — лицо актрисы было бледно, руки мелко дрожали. Она обернулась, взглянула на ширму, но та не дала ей ответа. — Пойдемте, — с трудом, но она взяла себя в руки. — Идемте, Пауль, может быть, я узнаю его в лицо.
Она закрыла за собой дверь. В замке скрипнул ключ. Только когда шаги стихли в коридоре, Рудольф выдохнул. Он посмотрел на Артура и заморгал глазами.
— Что с вами, господин Аберхант? Вы выглядите почти счастливым, — шепотом произнес он.
— Не вашего патрона сегодня убили? — не в силах сдержать улыбку спросил Артур.
— Что? — не понял Рудольф.
— Человек, сильно хромающий на правую ногу, разве не ваш патрон? В тех делах, о которых вы просили меня не говорить в присутствии госпожи Иннес.
— Нет, — усмехнулся Рудольф. — Могу вас заверить, что нет. Но вам бы этого хотелось?
Артур кивнул, не видя причин скрывать это.
— А ведь так подумать могли не только вы, — задумчиво прошептал Рудольф, поднимая цветастый коврик и цепляя пальцем едва заметное кольцо в полу.
Они спустились по железной почти вертикальной лестнице. Оказавшись внизу, Рудольф нащупал на полке лампу и зажег ее. Света почти не было, но его хватило, чтобы кровь в жилах Артура похолодела. Вокруг, насколько хватало взгляда, висели люди. Их головы опущены, капюшоны, скрывающие их лица висят, словно под ними ничего нет, руки их стянуты веревками, ног не видно. Страх мгновенно сковал разум, Артур рванул к лестнице и напоролся на, удивленно глядящего на него, Рудольфа.
— Все верно, господин Аберхант, — кивнул заговорщик. — Все верно, — и он засмеялся. — Вы, решили, что я привел вас в тайную пыточную комнату, где похотливая прима и владелица театра хранит тела своих прошлых любовников? И вы недалеки от истины, — он встал, подошел к ближайшему висящему человеку и взял его связанные руки. — Вот с этим господином она предавалась утехам в пьесе, что шла здесь чуть больше года назад. А вон с тем разноцветным, когда ее карьера только начиналась, но у них не сложилось. Злая судьба отняла его у нее, и она страдала. Страдала каждый вечер на протяжении трех лет. Великолепные костюмы, не так ли? Сейчас подобное прекрасное творение она не в состоянии заказать. Но очень хочет, чтобы те дни вернулись.
— А что будет с варьете? Что будет с теми девушками, что танцуют там, когда старые дни вернутся?
— Вас действительно заботит их судьба? Не беспокойтесь, они не пропадут. Варьете не денется никуда, разве что станет еще более подпольным. Кто в здравом уме откажется от денег, что приносят танцы. Простые танцы, да и вино нужно будет как-то сбывать. Но вы не ответили нам. Что вы надумали?
— Я не услышал вашего предложения.
— И, тем не менее, ответ у вас есть, — губы Рудольфа дрогнули в улыбке, несколько мгновений он смотрел на Артура, затем кивнул и сел на ступеньку. — Я так и думал, что вы не откажитесь. Я не зря проделал всю эту работу.