Надежда развалилась, едва он сунул ключ в замочную скважину.
— Господин Аберхант? — голос за спиной был привычно требователен и хоть звучал как вопрос, но скорее утверждал, а не спрашивал.
Тихо выругавшись, Артур обернулся. Перед ним стоял сержант полиции, в форме, при дубинке и пистолете в кобуре на поясе.
— Я не спал всю ночь, — тоскливо проворчал Артур. — Три последние ночи. Скажите, это может подождать до завтра? Я никуда не денусь. Поднимусь к себе, помоюсь и лягу спать, а часов через пять или шесть, я буду готов дать вам любые ответы на все интересующие вас вопросы.
Полицейского подобное откровение не проняло, он лишь крякнул и поправил лямку на подбородке, придерживающую синюю каску в виде котелка.
— Господин Фишер предупреждал меня о такой возможной вашей реакции. Боюсь, что выспаться у вас не получится. Господин Фишер желает видеть вас немедленно. Кэб за углом. Пройдемте.
— А с каких пор полиция делает то, что скажет господин Фишер? — Артур медленно закипал.
— С тех самых, как кто-то спалил его фабрику, — ответ сержанта был пугающе прост.
— Кто-то сделал что? — опешил Артур. — Спалил что?
— Фабрику, — ответил сержант. — Господин Фишер сейчас там, на том, что от нее осталось, и он очень просил доставить вас к нему немедленно, когда вы появитесь. Вы появились. Пойдемте.
Артур поднял взгляд к небу, словно спрашивая богов, чем он им насолил. В окне второго этажа он увидел знакомую женскую фигуру. Завернувшись в шаль, Хелен с испугом смотрела на него. Он пожал плечами, вытащил ключ из замочной скважины и улыбнулся ей. Она ответила сдержанным кивком и скрылась в темноте дома. Судя по всему, когда он все же доберется до дома, его ждет не самый приятный разговор. Вздохнув, он сделал знак сержанту и, опустив голову, поплелся за ним.
Фишер восседал на обугленной, покрытой мокрой копотью чурке, что еще недавно была частью фронтальной стены, и выглядел ужасающе. Его яркие штаны утратили цвет, полностью покрывшись грязью, его мокрый камзол порван в нескольких местах и покрыт все той же слипшейся от дождя сажей. Сам поверенный был бледен и хмур. Увидев Артура, он не приподнялся, лишь кивнул сержанту, отпуская того.
— Кого же мы с вами обидели, господин Аберхант, — усмехаясь, произнес он, вместо приветствия.
— Вам всех перечислить? — спросил Артур, присаживаясь рядом. — Что случилось? Сторож уснул с сигарой?
— Не смешно, Артур! — нахмурился Фишер.
— Не смешно, — подтвердил Артур. — Так что случилось? Газ взорвался?
Фишер тяжело вздохнул, поддел ногой, лежащую рядом, еще дымящуюся доску, и тихо простонал:
— Вы когда-нибудь видели как в дым и пепел обращаются четыреста тысяч марок?
— Видел и больше, когда вы бомбили Лаундебург, — не сдержался Артур, но Фишер его не слышал.
— Четыреста тысяч за несколько минут в пепел. Столько труда, столько усилий и все, все прахом. Кому я так насолил, что у меня отобрали все?
— Фишер, — Артур наклонился к поверенному. — Дирк, хватит скулить как побитая собака, скажи толком что случилось? Как такое могло произойти?
— Поджог.
— Поджог?
— Именно поджог! Кто-то, кто имел доступ к складу, заложил вон в том углу, — Фишер махнул рукой в сторону дальней стены, — бомбу. Небольшую такую, не громкую, но очень уж горючую. Даже дождь не спас когда она взорвалась.
— Люди целы?
— Люди? — взгляд Фишера, блуждавший до этого момента по дымящимся руинам склада замер. Поверенный перевел его на Артура и всмотрелся тому в лицо. — Люди? Нет. Не целы. Пока четверых нашли. Монтажники, оборудование ставили, решили здесь заночевать. Где еще трое никто не знает, но вряд ли в таком пожаре им удалось выжить.
Артур вздохнул и поднялся. От пребывающего в шоковом состоянии Фишера толка мало. Сейчас он совершенно не походил на того уверенного, бросающего вызов обществу богатых и знатных человека. Сейчас он превратился в развалину, что не понимает, жалеть ему себя или тех несчастных, для кого действительно все кончено.
Капитан пожарного расчета был несколько более разговорчив, но и добытой из него информации было недостаточно, чтобы сложить полную картину. Так капитан и сказал.
— Сейчас прибудут следователи. Мы тут все потушили, завалы разгребли. Одного парня живым нашли. Пятерых не живыми. Вот со следователями вам и стоит поговорить, но уже не сегодня. Сегодня они вам ничего не скажут. А что скажут, могу и я сказать. Огонь вон оттуда пошел. Огонь не простой, кто-то разлил горючее по всем стенам и полу.