— Господин секретарь, опасно ходить вот так, с незакрытым портфелем.
— О, благодарю! — секретарь захлопнул портфель. — Вы все запомнили, господин Аберхант?
— Все до последнего слова, — искренне улыбнулся Артур.
В ложе для почетных гостей было человек десять. Один из них, древний старичок мирно дремал, уронив голову на грудь, остальные с восторгом смотрели на разыгрывающееся на сцене представление. Иннес в роли непорочной, юной девы, была великолепна. Ее волшебный голос, отражаясь от стен, звучал ярко и чисто. Сама же она танцевала самозабвенно, полностью отдаваясь отведенной ей сегодня роли.
Артур же смотрел на ложу напротив, где в окружении охраны сидел наследный принц Ларидийский. Он казалось, был полностью заворожен происходящем на сцене. Он привставал, в напряженные моменты, громко и заразительно смеялся, когда там происходило что-то смешное, хмурился, стоило главной героине попасть в неприятности. Но Артуру казалось, что он был очарован самой Иннес. Вот он снова вскочил, расплескав по ложе вино и, что-то пьяно возмущенно закричал. Артур перевел взгляд на сцену, там Иннес в окружении разбойников готовилась к жуткой смерти на костре. Принц выхватил кортик, поднялся на парапет балкона, готовясь броситься в бой. Секретарь подскочил и, схватив принца за одежду, вернул его на место, что-то бубня и показывая руками, как тот мог упасть.
Какая ирония, человек, так старательно беспокоящийся о жизни принца, сам и принес ему бомбу. Впрочем, в последнем Артур уверен не был. Мало ли что может пойти не так. И все же, время почти вышло, а секретарь в саквояж еще не залезал, хотя нежно прижимает его к животу. Даже спасая принца, он не выпустил портфель из рук. Удача иногда улыбается и тем, кто на нее не слишком расчитывает. Артур взглянул на часы. Не спеша поднялся и направился к выходу. Оказавшись на улице, ускорил шаг. Взгляд на часы, вот-вот. Сейчас! Взрыв, было слышно даже за пределами Манежа. Артур обернулся, сделал неприличный жест и побежал. Еще один взрыв прогремел у него за спиной. Он остановился, повернулся, не понимая, глядя, как из-под крыши Манежа вырываются огненные сполохи. Еще взрыв. Его швырнуло на мостовую, зазвенели выпадающие стекла.
— Черт, — выругался он, вытряхивая из ушей глухоту. — Черт, Мертен, какого хрена ты туда намешал? Черт!
Окна в аптеке не горят. Артур рывком распахнул дверь. Темно. На ощупь, найдя ручку газового фонаря, он зажег свет и обомлел. На стойке, широко раскинув руки, лежал Мертен, а под его головой уже подсыхала лужица крови. Сглотнув, Артур рванул наверх. Пусто! Никого! Ни души! Кровать пуста, нет ни одеяла, ни матраса. Шкафы открыты, и на вешалках только его одежда. А на столе лежит приколотая заколкой Хелен записка.
«Простите меня, господин Аберхант. Господин из Лаундебурга, за которым столько времени охотился Фрейс. Я знаю, и всегда знала кто ты. Прости, мне было действительно хорошо с тобой. Но все хорошее всегда заканчивается. Вот и моя история в Брисбурге подошла к концу. После того, что я сделала сегодня, точно. Столько смертей. Наверняка в них обвинят тебя. Надеюсь, и ты сможешь выпутаться из всего этого. Прости, за все. Уже не твоя Хелен Брейле»
Какого черта? Артур перечитал записку на несколько раз и сел на пол. Черт бы ее побрал. Она знала. Она с самого начала все знала. Она знала. Не было никакого страшного человека, что швырнул мячик Роберта на дорогу. Все ее старания помочь ему, все ее усилия были только для одного, чтобы он был рядом и под присмотром. Под контролем. Делал то, что нужно было ей. Он же с ней всем делился. Почти всем. Черт, да кто ж она такая? Артур встряхнул головой. Ладно, с этим потом. Найти госпожу Брейле можно и в другое время.
— Господин Аберхант! — раздался голос с улицы и голос этот Артур узнал сразу.
— Как ваши дела полковник? — крикнул Артур, вытаскивая из-под кровати пистолет, и срывая ампулу с ядом с воротника. Живым он точно не дастся.
— Теперь уже сильно плохо. Вы сволочь, господин Аберхант! Сволочь! Зачем вы подорвали Манеж?
— Я его не подрывал. Кровь принца Ларидии на моих руках, отрицать этого не стану, но взрывы не моя работа.
— Ты хоть представляешь, сколько людей там погибло.
— Еще раз, Фрейс, это не я!
— Ну, да. Конечно. Господин из Лаундебурга.
— Когда ты понял?
— Ты долго водил меня за нос.
— Не правда, я сразу сказал тебе кто я. Помнишь? Но ты счел это за шутку. За неудачную шутку.
— Я помню. Советую тебе сдаться.
— Зачем?
— Тебя будут судить.
— И зачем это мне? Нет, Фрейс, живым ты меня не возьмешь!
Артур метнулся к окну, выглянул наружу. Аптека окружена, столько людей в форме и штатском, но с оружием в руках он не видел и на параде.