— Повезло, — сбросив карты, пробормотал Томас, слегка взъерошив волосы. — Еще партию? — он мастерски перетасовал колоду.
— Давай! — засмеялась Хелен, приподняв стакан и понюхав его содержимое.
Игрок, уступивший ей место, отреагировал мгновенно, и перед Хелен появился пустой фужер, тут же наполнившийся вином. Карты снова разлетелись по столу. На этот раз Хелен могла участвовать в торговле и, пройдя круг, подвинула небольшую стопку фишек к центру.
— На все, — сказала она.
— Ва-банк? — уточнил клерк, вдова кивнула, — Отвечаю! — он довольно потер живот и поперхнулся, увидев вскрытые Хелен карты.
— Еще раз повезло, — скрипнул он, глядя как фишки позвякивая, переходят в руки вдовы. — Еще?
За спиной Хелен выросла фигура привратника.
— Прошу вас покинуть зал, — тихо, но настойчиво произнес он. — Вас скоро примут.
— Хорошо, — Хелен с готовностью развернулась, и Артур успел отметить, что фишки исчезли со стола
— А отыграться? — сухо спросил Томас.
— Ты же видишь, не выйдет, я тут чужая, — засмеялась Хелен. — Полом не вышла, — ее звонкий смех разнесся по залу и Томас сник.
— Не скажу, что была рада тебя увидеть, — кивнула она усачу.
— А я напротив, был весьма рад узнать, что ты в добром здравии. Так я загляну к тебе как-нибудь?
— Ты ведь не заглянешь, — наклонилась к нему Хелен. — Зачем спрашиваешь, если все равно не придешь? Спасибо за игру, — она весело усмехнулась и, легкой походкой, направилась к выходу. Артур, еще более смущенный поплелся за ней.
Они снова оказались в той же самой комнате со стойкой, часами на стене и зеленым диваном под самым окном.
— Вы где так играть научились? — спросил Артур, когда они остались наедине.
— Мой батюшка любил подобные места, но никогда не играл на высокие ставки. И сюда не слишком часто ходил, предпочитая игру в уютном собственном кабинете. А мне никогда не запрещалось там находиться. У моего батюшки не было секретов от его любимо дочери.
Она помрачнела и опустила взгляд. Теперь она снова была той самой вдовой, что смиренно и даже смущенно пришла благодарить Артура за спасение ее сына. Артур нехотя отметил, что такой она нравится ему куда как больше.
Через пять минут ожидания драпированная зеленым сукном дверь едва слышно скрипнула, и в комнату вошел давешний привратник. Он оглядел ожидающих его людей и, поморщившись, произнес:
— Магистр Торне ожидает вас, сударыня, — последнее слова он выплюнул, словно оно доставляло ему истинную боль. — И вас, молодой человек, тоже. Как вас представить? — к Артуру он обратился куда более спокойным и даже нежным голосом.
— Представлять не нужно, — подпрыгнула Хелен. — Куда нам пройти?
— Я провожу вас, сударыня, — отчеканил привратник, бросив на нее полный презрения взгляд, и скривился.
Он готов был высказать ей все, что наболело у него по отношению к женскому полу, но хоть и с трудом, но удержался. Артур усмехнулся в душе, внешне же постаравшись остаться совершенно спокойным.
На невысоком круглом столе стояла открытая бутылка красного вина, три фужера были на половину заполнены тяжелой бордовой жидкостью. На миленьких фарфоровых блюдцах лежали тонко нарезанные кусочки хлеба и сыра. Чуть дальше, на таком же столе, в окружении хрустальных стаканчиков, расположилась мощная бутылка крепкого и очень дорогого бренди, еще дальше, спрятавшись за ней, на таких же тонких фарфоровых блюдцах лежали куски мяса. Не нарезанные, а скорее порванные, но, тем не менее, источающие великолепный запах.
Хелен не стала дожидаться хозяина кабинета, и едва закрылась дверь, заняла одно из трех кресел вокруг первого стола. Знаком указав на соседнее кресло, она отхлебнула вина и Артур увидел, как дрожат ее руки. Сев, он снял шляпу и положил ее себе на колени. Хелен покачала головой и кивком указала на вешалку у входа. Она явно была здесь не первый раз и, от осознания этого, Артуру вновь стало не по себе.
Владелец кабинета, а может и такой же гость этого заведения, как и они, лишь назначивший здесь встречу, явился через чертовски долгие, мрачные и тихие пятнадцать минут. Он вошел с другой стороны, через дверь, отгороженную тяжелой свисающей с потолка зеленой тканью. Он был невысок, мощные залысины пробуравили некогда пышную шевелюру, оставив лишь большой пучок спереди и уходя почти на затылок. Он и не старался скрыть своего превосходства над всеми, его некогда тренированное тело покрылось жирком, оттопырился животик, но он совсем не мешал, его уверенной, слегка молодцеватой поступи.