— Хорошо, не согласились бы вы тогда навестить одного моего знакомого. Он болеет и болеет сильно, но те порошки, что дают ему местные врачи, приносят облегчение, но оно временно и после них становится только хуже.
— Я не врач, — пожал плечами Артур, — но я могу посмотреть на то, чем его лечат. Я могу лишь сказать, какое действие окажут те или иные снадобья, могу смешать схожие по действию, но из других ингредиентов. Но я не смогу вылечить его, я не врач.
— Возможно, этого будет достаточно, — кивнул Каспар. — Вы ведь снимаете комнату у Хелен? — Артур кивнул, — И в ближайшее время не собираетесь съезжать? — Артур снова кивнул. — Хорошо, я пришлю за вами экипаж. Думаю, на следующей неделе. Да свидания, Артур.
— До свидания! — промямлил пригвожденный чеком к креслу Артур.
— Зачем? — зашипел он, когда они вышли из мужского клуба и, не взяв кэб, направились вниз по улице. — Зачем вы это сделали?
— Я хотела помочь вам, — просто отозвалась Хелен и резко свернув, перешла улицу, направившись к уличному торговцу соком. — Просто помочь. Вы помогли мне, когда я не просила вас о помощи и сделали это с риском для своего здоровья, а я всегда плачу по счетам.
— Я не предъявлял вам счета! — вспылил Артур.
— Я сама себе его предъявила. Не волнуйтесь так, Артур, это вредно для вашего здоровья. Волноваться вообще вредно.
— Никогда! Слышите, никогда так больше не делайте!
— Хорошо, — Хелен отпила сок из стакана, поболтала его во рту и, закрыв глаза, с наслаждением проглотила. — Люблю персики, — произнесла она. — Иногда надо помочь человеку, даже если он, упираясь ногами и руками, отказывается от помощи. Вы бы не приняли помощь от меня.
— Не принял бы, — подтвердил Артур. — Я и сейчас размышляю над тем, чтобы вернуть чек.
— Взвесьте все, — подмигнула ему Хелен и вернула опустевший стакан торговцу. — Хотите, верните чек и возвращайтесь в Лаундебург, а хотите, закончите ремонт, попытайтесь, что-то сделать и вот тогда, если не получится, возвращайтесь в Лаундебург. Но только в первом случае вы вернетесь проигравшим, а во втором человеком который попытался. Решать вам.
Артур сжал чек в кармане и, опустив взгляд в землю, сделал несколько шагов, все ускоряясь. На пятом шаге Хелен догнала его.
— Вы приняли правильное решение, Артур. Очень правильное.
— А если я не смогу отдать долг? — прошептал он.
— Мы решим и этот вопрос, — рука Хелен скользнула вдоль его руки, оплела локоть, и бок вдовы прижался к нему.
Стало тепло и спокойно, словно и не было ничего. Артур внезапно ощутил себя свободным, таким, словно ремонт в аптеке уже закончен, словно дело его процветает, и он сам больше не стоит за стойкой, поручив это наемным служащим.
Он закрыл глаза и втянул, слегка сладковатый от духов вдовы, воздух. Все будет хорошо. Должно быть хорошо. Странно, но присутствие здесь и сейчас этой полной загадок женщины вселяло в него уверенность.
Два часа спустя, обналичив чек и закупив материалы, не забыв заглянуть и вновь нанять рабочих, он стоял посреди гудящей, словно улей, будущей аптеки и вновь строил планы, на этот раз, подходя к ним более взвешенно. На завершение ремонта он отвел себе две недели и если не получится с поставщиками из Лаундебурга, он воспользуется услугами местных, тем более что кое-какие договоренности уже были достигнуты. Но прежде всего, нужно снова написать несколько писем.
Оставив ремонт на плечи строителей, он поднялся к себе, плотно затворил дверь и сел к столу. Лаундебург чертовски далеко, если смотреть по тающему времени, люди там хоть и суетные, но неспешные, почта еще более неспешна, если отправить письма сегодня, то в самом лучшем случае ответ придет в конце будущей недели, под самое открытие аптеки. Что ж товар можно и подождать, лишь бы согласие было достигнуто.
Запечатав конверты, и сложив их в карман сюртука, он спустился вниз, придирчиво посмотрел на суетящихся строителей, коротко переговорил с бригадиром и услышав готовность того уложиться в сроки, направился на почту.
Следующие несколько дней обещают быть спокойными, но весьма тяжелыми.
Глава 7
Артур отложил кисточку, опустился к самому полу, внимательно всмотрелся в стык между досками пола и плитой прилавка. Нашел тонкую, едва заметную полоску не прокрашенного места. Нахмурился, поднял кисточку, словно меч и прочертил жирную зеленую линию прямо понизу стойки. Вновь подняв кисточку и держа ее словно оружие, отодвинулся, склонив голову на бок, полюбовался на дело своих рук. Выдохнул и, резко упав на колени, провел пальцем, разглаживая краску. Подождал, когда свежая краска лишится следов прикосновения, прищурился, цокнул языком, вытер палец о, надетый поверх рубахи старенький, заляпанный краской, некогда белый медицинский халат, и довольно улыбаясь, сел на пол.