— Полюбопытствуй, — посоветовала она, подвинув газету к Артуру и тем самым отодвигая от его рук лежащий на тарелочке бутерброд.
— А что там? — Артур потянулся к ускользающей еде.
— А ты посмотри, — Хелен резким движением отодвинула тарелку. — Сейчас! — в голосе ее было столько требовательности, что Артур не посмел возразить.
Он взял газету, пробежал глазами передовицу, вещающую об успехах в наведении порядка в поднявшем мятеж поселке и, не понимая, уставился на вдову. Та тяжело вздохнула, вырвала газету из его рук, и, развернув нужную страницу, вернула ему обратно. Взгляд Артура упал на большое объявление об открытии его аптеки, и на лице его сама собой возникла широкая улыбка.
— Хорошо, — он погладил себя по животу, — Очень хорошо.
— Что же тут хорошего? — не поняла вдова.
— Объявление вышло, как и должно было.
— Ты ниже глянь, — сквозь зубы произнесла вдова.
Артур опустил взгляд, и глаза его впились в небольшую статью, о доблестно подвиге органов контрразведки раскрывшей очередной заговор против царствующей фамилии. Журналист коротко и сухо сообщал, что службе тайной полиции удалось арестовать врачей, что вот уже несколько месяцев травили старого отошедшего от дел канцлера и царствующего императора. Что к настоящему моменту арестовано восемнадцать человек и следствие продолжается.
— И что? — не понял Артур. — Молодцы контрразведка. Хорошо свою работу делают. Молодцы.
— Молодцы, — кивнула Хелен. — А не смущает тебя, что не названный помощник это ты?
— Я? — брови Артура взлетели — С чего? Я тут при чем?
— Ты исследовал порошки, что дал тебе Капсар.
— Да, это так и что?
— Да то, что Каспар сейчас исполняет обязанности секретаря канцлера. Благодаря твоей помощи, он смог доказать свою полезность. Поверь мне, Каспар таких вещей не забывает.
— Он мог обратиться к любому другому аптекарю в Брисбуре, — дернул плечами Артур.
— Мог, — согласилась вдова, — но он обратился к тебе.
— Благодаря тебе.
— Быть может.
Вдова задумалась и отошла от стола. Артур притянул к себе тарелочку с остывшим бутербродом и с наслаждением вонзил в него зубы. Пережевывая хрустящий на зубах хлеб, он смотрел на вдову и улыбался. Все идет хорошо. Все идет даже лучше, чем должно было. Его не очень радовало, то, что этот самый Каспар использовал его в темную, но он был рад, что смог оказаться ему полезным. И хотя его смущал тон вдовы, говорящей о том, что Каспар никогда ничего не забывает, он надеялся, что их поверхностное знакомство может перерасти в нечто более значительное. В конце концов, будет не плохо, если этот самый магистр сочтет себя обязанным ему.
Доев, он поднялся, позвал вдову. Вместе с ней спустился вниз, на мгновение, остановившись у зеркала, пригладил волосы, глубоко вздохнул и отпер ключом дверь, ведущую из дома в аптеку. Сняв с вешалки халат, он оделся и, встав за стойку, кивнул вдове открывать.
— Может, ты сам? — сглотнув, спросила она, глядя, как перед дверью собирается небольшая толпа.
— Ты вложила в это место усилий не меньше чем я. И раз уж я так и не смог отблагодарить тебя иным способом, я хочу, чтобы это сделала именно ты. На подоконнике лежат ножницы. Будь добра перережь ленточку и поверни ключ. Я верю, это принесет нам удачу.
— Нам? — повернувшись к нему, спросила вдова и глаза ее странно блеснули, но больше она ничего не спросила.
Взяв ножницы, она перерезала тонкую красную ленту, загодя привязанную Артуром поперек двери и, повернув ключ в замке, толкнула дверь наружу. Отойдя в сторону, она смотрела, как зал заполняется людьми и, внезапно осознав, что одета она неподобающе моменту, по домашнему просто, тихо удалилась, позволив Артуру начать то, к чему он так долго стремился.
Глава 8
Дождь разгонял клиентов. Он загонял их в дома, под теплые пледы к каминам и газовым лампам, к горячему шоколаду, пахнущим типографской краской книгам, кофе, чаю, может и более крепким напиткам. Сквозь покрытое струями дождя окно Артур наблюдал за серой, мокрой и ставшей враз гнетущей улицей.
Там продолжали ходить люди. Одни, раскрыв широкие зонты, хлюпая по мокрым тротуарам ботинками в густо покрытых кремом калошах, мерно прогуливались вдоль домов, предпочитая держаться подальше от залитой лужами дороги. Другие, высоко подняв воротники, сильно ссутулившись и пряча носы в теплые шарфы, шли торопливо, иногда срываясь на бег, перепрыгивая лужи, не особо заботясь о том, по дороге они идут или по тротуару. И никто из гуляющих или бегущих, торопящихся по делам или домой, людей не поднимает взгляд от мостовой под ногами.