— Что не правильно? — Хелен повернулась к нему и, слегка сдвинув брови, смотрела в его лицо.
— Что? — глупо переспросил Артур, понимая, что последние слова он произнес вслух.
— Ты сказал, что это было бы неправильно. Что было бы не правильно?
— Я думал о том, что неплохо было бы продолжить этот день, — сказал Артур первое, что пришло ему в голову, — но, — он кивнул на посапывающего Роберта, — это было бы не правильно.
— Мне бы тоже этого хотелось, — призналась Хелен, — но ты прав, это было бы не правильно. Расплатись, а я пока схожу в дамскую комнату.
Она положила голову Роберта на диванчик и, взмахнув шалью, обдала Артура ароматом духов.
Официантка, медленно приблизилась и положила на стол бумажку, не больше визитки.
— Я просил счет, — улыбнулся Артур.
— Счет уже оплачен.
— Как?
— Господин в бордовом сюртуке заплатил за вас и просил передать вам. Как он сказал: не усложняйте, господин Аберхант, просто будьте там. И дал мне это.
Она пододвинула к Артуру бумажку. Артур машинально перевернул ее. Адрес и время и больше ничего.
— Где этот господин? — Артур вскочил.
— Ушел, едва оплатил ваш счет. Что-то не так?
— Да, нет, все в порядке.
Артур сунул бумажку в карман. Значит все же не паранойя.
Домой они вернулись только ночью. Аптека закрыта, и свет в доме не горит. Улицы пусты и тихи, если не считать редких криков ночных птиц и, еще более редкого, надрывного лая собак.
Взяв заснувшего Роберта на руки, он поднялся на второй этаж и уложил его в кровать. Сняв с мальчика ботинки и накрыв его покрывалом, Артур присел на кровать и задумался. Еще несколько месяцев назад он ехал сюда полный смутных надежд и невнятных ожиданий. Приехав же, он понял, что все его надежды в этом городе не больше чем плевок в лицо судьбе. Без связей и удачи он сам не стоил ничего, ничего не стоили его деньги, его цели. Он оказался на крючке контрразведки едва спустился с дилижанса. Как знать, быть может, и саму мысль о переезде сюда в его голову вложил вот такой Фрейс, что сейчас невидимой рукой управляет его жизнью. Да, ему сопутствовала удача, иначе встречу со вдовой Брейле и назвать нельзя, но вся его удача лишь череда несчастных случаев у других. Как знать, если бы семья Анелин не погибла в той бомбежке, она бы не оказалась в гостинице и никогда не повела бы его на праздник. Как знать, если бы они пошли другой улицей, то, быть может, он никогда бы не нашел помещение. Да и это событие было отчасти построено на крови, ведь не окажись он тогда на той улице, ведущей, к слову, прочь от гостиницы, он не спас бы ее сына и вдова не воспылала бы к нему благодарностью и не сдала бы ему помещение. А потом, потом она бы не выбила ему кредит, который впрочем, сейчас ему отдавать не надо. Не надо в финансовом виде, но если бы она этого не сделала, то его бы не завербовал Фрейс. Но нет, было в этой цепи еще одно звено. Те лекарства, что он разобрал по ингредиентам и те двое, что пришли мстить ему за это. Если бы Торне не вручил ему золотую карточку клуба, если бы он не увидел, как играет Ритенмайер, если бы не купил ледник. Постойте, а причем здесь Ритенмайер? Он лишь промышленник, что хочет купить такой же ледник, чтобы уменьшить его и сделать свой. Ритенмайер тут лишний.
Артур встал и, подоткнув под Роберта, прокрывало, спустился вниз, в темную аптеку. Свет он зажигать не стал. Он подошел к окну и вновь погрузился в мысли. Из головы его не шел Ритенмайер. Он так странно отзывался о Лаундебурге, так страстно хотел получить ледник себе. Но он лишний в этой цепочке, совсем лишний. Или нет? Артур вспомнил клетчатую кепку в руках незнакомца и такую же у прыгающего и отчаянно пытающегося затушить упавший за шиворот окурок парня. Быть может и не лишний.
Он резко развернулся. В дверях, в ареоле света, стояла Хелен. Она уже переоделась для сна, поверх кружевной ночной сорочки, на плечи наброшена знававшая и лучшие времена, домашняя шаль. Подводка смыта с глаз и сейчас в них больше не горит огонь, сейчас в них тихо светится усталость, но это довольная, почти счастливая усталость.
— Ты почему здесь? — спросила она.
— Проверяю двери.
— Ты не доверяешь своим людям?
— Просто проверяю. Привычка, — он пожал плечами.
— Не замечала за тобой раньше, — Хелен прошла внутрь, зажгла свечу и, водрузив ее на стойку у кассы села на стул. — Ты сам расскажешь, или мне тебя пытать?