— Будьте любезны! И подайте вино и сыр в номер. Я оставлю дверь открытой. Хочу принять ванну.
— А вот этого не стоит, — покачал головой человек за стойкой.
— Чего так? Вода плохая?
— Вода отличная, греется на печке в подвале. Сами греем, сами подаем и вам дешевле и нам хорошо. А вот соседи по этажу у вас не очень. Не стоит оставлять дверь открытой и вещи без присмотра. Я бы посоветовал вам повременить с ванной, пока я не принесу вам вина. Могу предоставить вам сейф, здесь, внизу, если у вас есть что-то особо ценное.
— Нет, сейф мне не нужен. Вся моя поклажа уместилась в тот саквояж, что вы видели.
Администратор недоверчиво покосился на Артура, пытаясь вспомнить ручную кладь постояльца, не смог этого и сморщился. Он не доверял людям, путешествующим налегке без поклажи и без ценных вещей. Всю жизнь, проведя внутри этой гостиницы служившей ему и рабочим местом и домом, он видел самых разных людей и считал себя знатоком человеческой сути. Если у человека нет багажа, или того, что может быть ценно, разве можно его назвать человеком? Тем более если он снимает номер не на одну ночь. Тем более прибывший из Лаундебурга. Весьма подозрительная личность. Но ассигнация в пятьдесят марок, так и лежащая перед ним на стойке, несколько разбавляла это недоверие. А та записка, что показал гость, заселяясь, подписанная капитаном Фрейсом уничтожала его полностью.
— Все равно советую вам приглядывать за вещами и запирать дверь, даже если вы вышли на минуту.
С этим Артур спорить не стал, глядя, как сворачивается купюра и как она исчезает в кармане администратора.
Он провел последние пять дней трясясь на неудобном сиденье дилижанса, вдыхая смрад масла, источаемый его деталями, копотью обильно производимой его печкой и паром, благодаря которому дилижансы и развивали такую скорость. Если бы он воспользовался поездом, как планировал изначально, то был бы еще в дороге дня три, если же гужевой повозкой, то она не проделала бы еще и половину пути. Билет на дилижанс стоил не мало, но оно стоило того. Всего пять дней в дороге и вот он уже готов окунуться в теплую, мягкую, пахнущую травами ванну.
Приняв ванну, Артур ощутил себя другим человеком. Он побрился, надел чистое белье. Вспомнив, что забыл спросить, где здесь прачечная, сложил грязное аккуратной стопкой на краю ванны. Затем, сев на кровать, насладился поданной едой и, задернув шторы, зарылся с головой в пахнущие лавандой и розами подушки.
Следующие несколько дней Артур посвятил изучению города. И если первые дни он ходил по улицам и просто глазел на здания, памятники и жителей, то последние два провел в изучении домов и улиц, на которых он мог бы расположить свое предприятие.
В пару мест, где красовались вывески «аренда» он заглянул. Не рассчитывая их снимать, но прикидывая уровень цен. В одном из них он задержался до вечера, представляя, как и что тут можно расположить, но в цене за месяц не сошлись. Это его не расстроило, пока они торговались, хозяин помещения рассказал ему много чего интересного. Государственная машина не слишком интересовалась здоровьем граждан, а потому не стремилась открывать аптеки и больницы под своим крылом. К тому же цены в центре на пустые помещения были настолько завышены, что никто не решался там открываться, справедливо полагая, что всю прибыль съедят аренда и налоги. О последних Артуру еще предстояло выяснить подробности. Но эта информация придала ему уверенности, что, открыв аптеку в нужном месте, он сможет не плохо заработать. На дом за городом или хотя бы квартиру в центре рассчитывать еще долго не придется, но снять отдельное жилье и обеспечить себе приличный рацион, он сможет без особых затрат. Надо только найти это самое хорошее и нужное место.
С этими мыслями, прикупив пару газет, он вернулся в номер. Поставил ванну набираться, грустно взглянул на выросшую стопку белья и спустился вниз. Администратор встретил его радушно, куда как более радостно, чем Артур заслуживал и завалил его вопросами. Ничего необычного в них не было, простое любопытство человека почти не покидающего своего дома. И Артур ответил на все, не сомневаясь ни минуты, что еще до заката все его ответы будут на столе Фрейса.
— А зачем вам прачечная? — удивился человек за стойкой, выслушав вопрос Артура. — У нас, конечно, не самое лучшее заведение города, но своих клиентов обстирать и мы в состоянии, — он нырнул под стойку, тихо выругался и бросив: — Подождите — исчез за маленькой дверью.