Оттуда раздался его приглушенный злобный шепот. Через несколько минут он вернулся в компании с миловидной девушкой лет шестнадцати. Она прятала покрытые белым налетом ладони в складках платья и старательно отводила любопытный взгляд от Артура, но ее зеленые глаза не слишком ее слушались, то и дело, скользя по чисто выбритому лицу постояльца. Артур улыбнулся ей. Она смутилась, лицо ее залила краска, и она попыталась спрятаться за спину портье.
— Это Анелин, работает здесь горничной и прачкой. Скажите ей, когда вас не будет, и где вы храните грязное белье. Она уберет ваш номер и постирает белье. И, — администратор приложил руку к груди и слегка поклонился, — это мой недосмотр. Это я упустил, что ее нет на работе, а вы поселились в номере. Мы, к сожалению не лучшая гостиница Брисбурга, но такого не допускаем. Обычно не допускаем.
— Я не в обиде, — кивнул Артур. — Анелин, вы сможете забрать мое белье через два часа?
— Да, сударь, — девушка присела в реверансе.
— А когда оно будет постирано?
— Сегодня, сударь, — девушка снова опустилась в реверансе и склонила голову так низко, что ее подбородок уперся ей в грудь.
— Вы сможете занести его мне, когда оно высохнет?
— И будет выглажено, — строго глядя на девушку, добавил администратор.
— Да, сударь, — Артур и не думал, что она способна присесть еще ниже, но у нее получилось, и он смог разглядеть собранные в тугой пучок на затылке волосы. Сбившийся чепчик сполз в бок, обнажив уродливый шрам на половину головы. Администратор среагировал мгновенно, поправил чепчик и, легонько подтолкнув ее, отправил в комнату за своей спиной.
— Война? — спросил Артур, когда дверь за девушкой закрылась.
— Да, — морщась, ответил он. — Вся ее семья погибла при налете. Она одна выжила. Хотя я думал, что не выживет. Но она смогла. Сильная девочка и мне как дочь! — глаза его не добро сверкнули. — Не обижайте ее, господин Аберхант, — Артур покачал головой, давая понять, что в его намерения ни коим образом не входит обижать эту девушку. — И прошу вас, не говорите Киферу.
— Не скажу, — пообещал Артур. — Если вы скажите мне кто он, то точно не скажу.
— Он владелец этого заведения, и он весьма суров к ней, — администратор кивнул на дверь. — Она работает здесь под мое честное слово и если он узнает, что мы пять дней не убирали номер, он может ее выставить на улицу. А ей некуда пойти.
— А вам? — не удержался от вопроса Артур.
— Это мой дом, но мне есть куда вернуться, да и Кифер без меня не справится. Он не слишком интересуется тем, что происходит в этих стенах. Его больше интересует прибыль.
— Типичный бизнесмен, — Артутр улыбнулся.
— Знаете, я слышал, что вы хотите открыть здесь свое дело. Я могу познакомить вас с ним, и быть может, вы сможете быть полезными друг другу.
— Меня не интересует гостиничный бизнес.
Администратор перегнулся через стойку и поманил Артура.
— Не говорите никому, — зашипел он в ухо постояльца, — но у Кифера большие проблемы с личными деньгами. Если он не погасит два глупых долга, его выгонят из клуба, а это не самое лучшее что может произойти. Если вы погасите их, там не много, тысячи полторы, то он введет вас в общество. Подумайте. Но я вам этого не говорил, — администратор резко выпрямился и принял отрешенный вид.
Артур, молча, кивнул и, забрав принадлежащую ему утреннюю газету, поднялся к себе. Сидя в кресле, подставив желтоватую газетную страницу льющемуся из окна солнцу, он жадно изучал объявления об аренде торговых площадей. Его не интересовал центр, хотя там живет и куда более платежеспособное население, но и цены там весьма высоки.
С момента аренды до открытия пройдет несколько месяцев, пока он сможет отремонтировать помещение, одновременно с этим занимаясь поиском поставщиков и тех, кто возьмется доставлять товар, не производимый в столице. Кое-какие связи у него остались еще из Лаундебурга, и совсем без товаров он не останется, но и этого мало и ремонт. Надо найти людей, которые этим займутся. Артур перевернул страницу.
Дочитать ему не дали. Кто-то требовательно постучал в дверь. Нехотя он встал, не торопясь, сложил газету и по старой привычке перевернул ее главной страницей вверх. Затем, заставляя посетителя ждать, оправил рубашку, пригладил усы, рассмотрел их в зеркале на стене, и только после этого медленно пошел открывать. Он питал слабую надежду, что посетитель уйдет, ему слишком сильно хотелось продолжить изучать объявления. Он помечал их красным карандашом, выписывая адреса на бумагу, и завтра планировал взять на весь день кэб, и колесить по городу, осматривая нужные улицы.
Когда рука его уже легла на ручку, в дверь постучали снова. Вздохнув, Артур отпер. На пороге стоял капитан Фрейс, в темно-синем, застегнутым на все позолоченные пуговицы, сюртуке, под которым угадывались очертания висящего в перевязи револьвера. В высокой шляпе, с тростью, зажатой в подмышке, с монокуляром в левом глазу, делающим прищуренный глаз хитрым, он походил на подслеповатого ворона, нежданно влетевшего в курятник.