Маглинер повернулся к Артуру и, пожав плечами, смущенно улыбнулся. Артуру не требовалось ничего объяснять. Едва только прибыв в Брисбург, он слышал, что владелец гостиницы не отличается ни разборчивостью связей, ни умением выбирать досуг и компанию. Еще тогда Маглинер говорил, что скоро может остаться без работы и за прошедший год стало только хуже.
— Вам лучше поговорить с ним самому, — вздохнул Маглинер. — В таком состоянии я от него не добьюсь ничего.
— Поговорим, — кивнул Артур и, покинув комнатенку портье, сел на затертый до дыр диван.
Владелец вернулся только через час. Он был чисто выбрит и свеж, насколько может быть свежим человек проводящий ночи в объятьях портовых шлюх. От него разило едким и самым дешевым одеколоном, а одежда на несколько размеров больше чем следовало, весела на нем мешком. Стоптанные ботинки покрыты толстым слоем пятен, а колтун волос, неумело и наскоро расчесан. Но он не обращал на это внимание, он улыбался.
— Господин Аберхант, — он протянул руку, и Артур пожал ее, не поднимаясь с дивана. Такое проявление пренебрежения совершенно не смутило отельера, он давно привык к тому, что руки ему не подают. — Рад вас приветствовать и, наконец, познакомиться лично. Много, очень много слышал о вас. Хотите что-нибудь выпить?
— Нет.
— Ну, да не стоит, — он облизал губы и разочарованно вздохнул. — Еще слишком рано. Что привело вас к нам?
— Вы хотели поговорить. Я слушаю, — проигнорировал его вопрос Артур.
— Я бы хотел предложить вам одно предприятие, но не думаю, что это место подходит для этого. Скажите, быть может, мы перейдем в пустой номер, или, скажем, прокатимся до клуба?
Маглинер отчаянно замотал головой. Артур и не собирался ехать с этим человеком в клуб, но поддержка портье была приятна и весьма кстати.
— Нет, — отрезал он. — Это место не хуже и не лучше чем все остальные. Вы хотели поговорить, и я вас слушаю сейчас. Если вы и дальше намеренны продолжить этот неуместный обмен любезностями, то я буду вынужден откланяться. Итак?
— Итак, — отельер снова облизал губы, обернулся, с надеждой глянув на равнодушно стоящего за стойкой Маглинера, и сник. Минуту он сидел молча, закрыв глаза, словно собирался с мыслями, потом сделал знак Маглинеру, тот подал ключ.
Они поднялись в лучший номер гостиницы, сейчас превращенный в некую смесь помойки с склада пустой тары на винодельне. Повсюду была грязь, грязная постель разобрана, под ней сияло наскоро затертое темное пятно, ведро и тряпка стояли тут же. По углам громоздились пустые бутылки все возможных форм и расцветок. Владелец гостиницы не был слишком разборчив в потребляемом им алкоголе, главное чтобы он обжигал горло и горел в желудке, принося хоть временное облегчение от катящейся под откос жизни.
Смахнув с грязного стола крошки, он кивком указал Артуру на стул, сам же, не снимая грязных ботинок, залез на кровать, и заткнул тряпкой слуховое отверстие. Затем спустился, вытер выступивший пот, доковылял до диванчика с одной обломанной ножкой и свалился в него. Несколько минут он молчал, затем взглянул на примостившегося на краешке стула Артура и снова закрыл глаза. Вздохнув, он собрал в кулак все человеческое, что еще оставалось в нем, и выпалил: — Я бы хотел предложить вам уникальное предприятие, что может озолотить всех нас.
Артур слушал без интереса. Много раз, слишком много раз, он был готов прервать словесный поток, льющийся изо рта пропойцы, практически уничтожившего свою жизнь и тащащего за собой на дно людей, что работали на него. Все предложение его сводилось к одному слову — контрабанда. Артур слушал, не понимая, зачем продолжает сидеть и пытается вникнуть в хриплую сбивчивую речь. Он отвлекался, рассматривая некогда шикарный интерьер номера, и гадал, почему хозяина этого номера не смущает то, что перед ним сидит тот, кто был на дне рождения новоявленного начальника всей службы города. Только к концу повествования стало понятно почему. Ему предстояло покрывать это предприятие, как раз и пользуясь своими связями в контрразведке.
После очередного обещания золотых рек, что, несомненно, польются на их головы, как только поток контрабанды будет налажен, Артур уже открыл рот, чтобы грубо отказаться, но замер, услышав название города в котором прожил много лет.
— Если вы не откажитесь я устрою вам встречу с тем самым господином, имеющим связи в Лаундебурге, что предложил мне это. Я думаю, что вы сможете договориться. Вы же из одного города.
— Что вы хотите ввозить? — спросил Артур, всячески стараясь скрыть свою заинтересованность. — Оружие?
— Да ну что вы, — сплеснул руками пропойца. — Какое оружие? Зачем? — он понизил голос до шепота. — Алкоголь. Алкоголь и кое-что еще, из женского белья, каких-то сладостей. Вроде. Я толком не знаю. Им нужен канал доставки, а я не совсем могу его обеспечить. Я возьму на себя хранение, а вы, вы же покупаете товары для аптеки вне Брисбурга. Через вас пойдет самое интересное, то, что и принесет нам самые большие доходы.