- У меня способности к языкам, - беззаботно пожала плечами Амра в ответ на мой комплимент, и в её тоне не было ни хвастовства, ни гордости - только констатация факта. - Я немного говорю по-французски и по-испански. Ты ведь знаешь, у нас женщины в основном сидят дома - вот и развлекаемся кто чем может.
И вот самый удивительный факт: Амра была единственной женой своего мужа - довольно знатного и состоятельного человека.
- Такое бывает, - с хитрой улыбкой поведала мне она. - Хотя это и непросто провернуть в мире, где мужчине позволено иметь много законных супруг. И я никогда не боролась за свой уникальный статус - не боролась открыто: не протестовала, не упрашивала, не угрожала. Это обязательное условие успеха. Если хочешь победить мужчину в чем-то, нельзя вступать в открытую конфронтацию - это заведомый провал.
- А что же делать? - спросила я, изнемогая от любопытства.
- Любить, - просто ответила Амра. - Надо так его любить, как больше никто не сможет. Чтобы он чувствовал себя особенно. И в то же время нельзя забывать про игру.
- Игру? - встрепенулась я. - Какую игру?
- В завоевание. Каждый мужчина - охотник в душе, ему нужна борьба. За деньги, власть, женщину. Надо давать ему возможность завоевывать тебя каждый день, но нельзя превращать эту игру в базар: продавать свою любовь за подарки. Тогда он будет думать, что ты любишь деньги, а не его самого.
Пока мы разговаривали, служанка принесла Амре крошечного младенца, завернутого в белые кружева. Он морщил носик и явно собирался заплакать, но ему не давали, пытаясь растормошить и развеселить.
- Маленький господин проголодался! - со счастливой улыбкой заявила пожилая служанка с добрым лицом.
- Да, спасибо, Зафира, - улыбнулась ей в ответ моя золовка, подхватила своего малыша и кивнула мне:
- Пойдем со мной.
Мы уединились в небольшой уютной комнатке, украшенной текстилем и подушками, Амра достала из многочисленных складок на одежде грудь и дала её ребенку. Он быстро, жадно ухватил сосок губами и принялся старательно, сосредоточенно сосать.
- Ты кормишь его грудью! - завороженно пробормотала я.
- Конечно, - кивнула Амра. - Молоко любящей матери - это самая лучшая еда для малыша. К тому же, это огромное удовольствие и для меня. Во время кормления вырабатываются гормоны любви, так что к нему можно даже пристраститься.
Она протянула свободную руку и коснулась моего колена:
- Тебя тоже можно поздравить со скорым пополнением?
Я смущенно кивнула:
- Только не говори другим жёнам, пожалуйста. Боюсь, что узнав, они возненавидят меня ещё больше.
- С чего ты взяла, что они ненавидят тебя?
- Вижу. Они не разрешают мне прикасаться к своим детям, потому что это их оскверняет.
Амра осуждающе покачала головой, как будто услышала об очередной проказе своего ребёнка.
- Я поговорю с Зойрой. Уверена, что все не так плохо, она не злая - просто слишком беспокоится всегда обо всём, как курица-наседка. И её смущает то, что ты иной веры... А ты не думала о том, чтобы...
- Нет! - я позволила себе перебить золовку, потому что не желала выслушивать ничьих рассуждений на эту тему.
Амра взяла меня за руку и успокаивающе погладила её:
- Не бойся, никто не станет тебя принуждать. Ты привязана к своему богу?
- Да. Я считаю Его предательство для себя невозможным.
- Это твоё право. Я знаю несколько женщин, которые переехали сюда из разных стран, вышли здесь замуж и приняли нашего Бога, но они не были религиозны там, у себя. Вера - это очень личная вещь.
Я налила Амре, по её просьбе, немного теплого напитка из стоявшего на столике кувшина, она сделала глоток и вдруг воскликнула, разбудив своего малыша, который уже начал задремывать прямо с грудью во рту:
- Ой, я же самое главное чуть не забыла! Чтобы муж тебя любил и через 10 лет, и через 20, нужно постоянно меняться. Как будто рядом с ним всё время разные женщины. Менять роли. Быть то строгой, как леди, то легкой и веселой, как девочка. От этого создаётся иллюзия разнообразия, и у него нет необходимости смотреть на сторону.
- Быть все время разной? - задумчиво повторила я, пытаясь представить себя другой.
- Да. Это несложно. На самом деле, это заложено природой в каждую женщину. В помощь себе можешь нанять стилиста, чтобы он составил тебе несколько гардеробов под разные роли. Денег у моего братца для этого достаточно.
- Расскажи мне про него, - попросила я. - Так интересно было бы узнать, как смотрят на него близкие люди.
- Это прекрасный человек, - уверенно заявила Амра. - Один из лучших людей, которых я знаю. На него можно опереться... да что там опереться - лечь, распластаться и свесить руки и ноги, а он позаботится обо всём. Если, конечно, знает, что ты с ним - умом и сердцем. Он очень умный и все замечает. Предательства не прощает и сам не предаёт.