Комиссия во главе с самим Императором обошла на катере все корабли. Александр III, хмурый и молчаливый, слушал доклады адмиралов. Когда они подошли к «Пересвету», наступила тишина. Корабль поражал своей гармоничной мощью.
— А это что за щеголь? — спросил Император, обращаясь к генерал-адмиралу, Великому князю Алексею Александровичу.
— Это, Ваше Величество, от верфи купца Орлова. Проект его сына, Александра.
На лице Императора отразилось удивление. Он помнил меня по прошлой встрече.
— Поглядим, — коротко бросил он.
Демонстрационные стрельбы стали триумфом. Пока другие броненосцы, окутываясь клубами дыма, пытались пристреляться по щиту-мишени на дистанции в 40 кабельтовых (около 7.5 километров), «Пересвет» дал первый залп с дистанции в 55 кабельтовых (более 10 километров). Двенадцать тяжелых снарядов, взвыв в воздухе, через минуту накрыли щит с ювелирной точностью, разнеся его в щепки. В наступившей тишине был слышен лишь крик чаек и скрип снастей. Адмиралы на борту императорской яхты стояли с отвисшими челюстями. Такого они не видели даже в самых смелых мечтах.
После этого разговор с Императором состоялся на борту его яхты «Полярная звезда». Мы сидели в его кабинете, отделанном дубом. Александр III долго молчал, набивая трубку.
— Александр Дмитриевич, — начал он, обращаясь ко мне уже не как к мальчику, а как к равному. — Я задам вам тот же вопрос, что и в прошлый раз. Зачем вам все это? Учеба. Заводы. Теперь вот — корабли, способные изменить ход морской войны. Что вы хотите? Денег? Власти? Титул?
Я смотрел на этого большого, уставшего человека, на плечах которого лежала ответственность за огромную страну. И я ответил ему с той же искренностью, что и в прошлый раз.
— Мне ничего не нужно для себя, Ваше Величество. Только величие моей Родины, России. Я патриот.
Император внимательно посмотрел мне в глаза, словно пытаясь заглянуть в душу.
— И все же, — сказал он. — За такой подарок стране я должен вас отблагодарить. Просите, чего хотите.
И я попросил.
— Ваше Величество, у меня есть небольшая просьба.
Император слегка напрягся, ожидая чего-то несусветного.
— Я хочу попросить вас присвоить официальный статус города моим поселениям в Сибири. И предоставить всем их жителям — а это люди со всего света, нашедшие в России новый дом — статус подданных Российской Империи.
Александр III изумленно вскинул бровь.
— Поселениям? Каким еще поселениям?
— Промышленным городам, Ваше Величество. Я построил их на свои средства. Семь городов.
— Семь?! — Император крякнул. — И каково же население этих… городов?
— На данный момент, Ваше Величество, общее число жителей превысило восемь миллионов человек.
Император поперхнулся дымом и закашлялся. Его адъютант бросился подать ему воды. Откашлявшись, Александр III посмотрел на меня как на сумасшедшего.
— Восемь… миллионов?! Орлов, вы в своем уме? Это больше, чем население всей Финляндии и Польши вместе взятых!
— Так точно, Ваше Величество. И набор поселенцев продолжается.
— Зачем?! — в голосе Государя прозвучало неподдельное изумление. — Зачем вам столько народу в Сибири?
— Это инвестиции в будущее России, — спокойно ответил я. — Да, они прибыли из-за границы. Но там они были никому не нужны. А здесь они обрели родину, работу, уважение. Они уже говорят по-русски, их дети пойдут в русские школы. Они — новые русские люди, преданные Империи и Вам, Государь.
Император долго молчал, переваривая услышанное. Его ум государственника пытался осознать масштаб. Восемь миллионов новых подданных. Освоенные территории. Новые промышленные центры. Это был не просто подарок. Это был тектонический сдвиг в геополитике.
— Документы, — хрипло сказал он. — Мне нужны документы для ознакомления.
— Они у меня с собой, Ваше Величество, — ответил я. — Я передам их вашему адъютанту.
Я отдал адъютанту ту самую папку. Точнее, я телекинезом перенес ее содержимое в отдельный ящик, который тут же погрузили на поджидавший грузовик. Кипа бумаг была внушительной.
Через неделю адъютант прибыл в мой особняк. Он привез не только официальное постановление Адмиралтейства о принятии проекта «Пересвет» на вооружение и заказ на постройку серии из двенадцати таких кораблей. Он привез высочайше утвержденный указ. Мои семь городов — Заря, Восток-Маш, Амурск-Верфь и другие — получали официальные статусы и вносились на карты Империи. А вместе с указом он привез несколько ящиков с новехонькими, пахнущими типографской краской паспортами российских подданных. На восемь миллионов человек. И указ, дающий моим городским администрациям право регистрировать новых граждан и принимать их в подданство Российской Империи прямо на месте.