Но произвести мало. Главное — сохранить. И здесь я нанес второй удар по архаике.
**Изобретение: Бытовой и промышленный холодильный шкаф «Морозко-1»**
* **Оригинал в нашем мире:** Первые бытовые электрические холодильники, такие как "Kelvinator" и "Frigidaire", появились в массовой продаже только в конце 1910-х — начале 1920-х годов. Они были громоздкими, шумными и использовали в качестве хладагентов токсичные вещества вроде диоксида серы или аммиака.
* **Моя версия:** «Морозко-1» был технологическим шедевром. В качестве рабочего тела я использовал инертный и безопасный газ фреон-12 (дихлордифторметан), синтез которого я наладил на «Орлов-Химпроме». Это было знание из будущего, абсолютно недоступное химии этого мира. Компрессор был компактным, почти бесшумным и приводился в действие электродвигателем, питавшимся от централизованной сети моих городов. Сами шкафы были сделаны из стали с эффективной теплоизоляцией из вспененного полимера — еще одного продукта моего химпрома. Я выпустил целую линейку: от небольших бытовых шкафов для кухонь до гигантских промышленных рефрижераторных установок для складов и вагонов-ледников.
* **Эффект:** Проблема хранения скоропортящихся продуктов была решена. Мясо, молоко, овощи и фрукты могли храниться неделями и месяцами. Это произвело революцию в питании и торговле. Мои вагоны-рефрижераторы «Морозко» повезли свежее сибирское мясо и масло в Москву и Петербург, обрушив цены и вытеснив с рынка менее качественную продукцию.
Я установил жесткое правило: за пределы моей сибирской вотчины не продавалось ни одного зернышка и ни одной живой скотины. Только готовая продукция. Мука высочайшего помола, мясные консервы в стальных банках (произведенные по технологии, исключающей ботулизм), яичный порошок, сухофрукты без косточек, сливочное масло и, главное, сублимированные продукты. Технологию сублимационной сушки — обезвоживания замороженных продуктов в вакууме — я также принес из будущего. Сублимированный борщ или картофельное пюре, которые достаточно было залить кипятком, стали настоящим хитом в армии, у геологов и полярников.
Россия не просто перестала зависеть от импорта продовольствия. Она превратилась в продовольственную сверхдержаву, способную в любой момент поставить на колени любую страну, просто перекрыв ей поставки дешевой и качественной еды. Но я не спешил играть этой дубинкой. Пока что.
Параллельно с революцией в еде я начал революцию в умах. В Орлов-Граде была построена первая в мире мощная радиостанция. Не искровой передатчик Маркони или Попова, способный лишь отстукивать точки и тире. Моя станция работала на электронных лампах — триодах, технологию производства которых я также воссоздал.
**Изобретение: Радиоприемник «Голос Империи-1»**
* **Оригинал в нашем мире:** Первое регулярное радиовещание началось лишь в 1920 году в США. Первые приемники были детекторными (требовали наушников и не имели усиления) или громоздкими и дорогими ламповыми аппаратами.
* **Моя версия:** «Голос Империи-1» был компактным, элегантным ящичком из лакированного дерева, с двумя ручками настройки и встроенным динамиком. Внутри стояли три лампы-триода моей конструкции, обеспечивавшие отличное усиление и чистоту звука. Питался он от электросети. Это был первый в мире массовый, доступный и простой в использовании радиоприемник, способный принимать голосовые передачи и музыку.
* **Эффект:** Сначала радиовещание охватило мои сибирские города. Утром играл гимн, днем передавали лекции по агрономии и технике, новости Империи и мира (в моей редакции, разумеется), а вечером — концерты классической музыки и радиопостановки по произведениям Пушкина, Гоголя и Толстого. Радио стало мощнейшим инструментом унификации культуры, образования и пропаганды. Затем вещательные вышки были построены в Петербурге, Москве и других крупных городах. «Голоса Империи» зазвучали в домах дворян и купцов, в офицерских собраниях и рабочих клубах. Вскоре я начал экспорт приемников за рубеж. Весь мир получил возможность слушать голос новой России.
**1895 год.**
К своему шестнадцатилетию я подошел с внушительным багажом. Два диплома — инженера-технолога и юриста — полученные экстерном в Императорском Санкт-Петербургском университете. Статус признанного во всем мире гения и филантропа. И реальная власть, которой позавидовал бы любой монарх.