* **Главное вооружение:** Девять 457-мм электромагнитных орудий (рейлганов) в трех трехорудийных башнях. Они стреляли не пороховыми снарядами, а болванками из обедненного урана на гиперзвуковой скорости, обладая чудовищной точностью и бронепробиваемостью.
* **Ракетное вооружение:** 64 универсальные пусковые установки вертикального старта для противокорабельных крылатых ракет П-700 «Гранит» (моя версия, «Гранит-1»).
* **ПВО:** Десятки автоматических скорострельных установок ближнего боя «Клинок», управляемых радаром, создающих непроницаемый стальной купол вокруг корабля.
* **Экипаж:** 500 человек (благодаря полной автоматизации), все — женщины из моей сибирской гвардии.
* **Эффект:** Это был не корабль. Это был бог войны, сошедший на воду. Одно такое судно могло в одиночку уничтожить весь флот любой мировой державы того времени, не войдя даже в зону его эффективного огня.
На мостике «Князя Орлова» царило ледяное спокойствие. Мой доппельгангер, облаченный в белоснежную форму адмирала флота, смотрел на тактический дисплей, где зелеными точками отображались японские корабли.
— Дистанция до главной цели — сорок километров, — доложила капитан корабля, высокая блондинка с холодными голубыми глазами. — Их орудия нас не достанут. Мы в идеальной позиции.
— Принято, — кивнул мой дубль. — Открыть кингстоны ракетных шахт. Целеуказание — на двенадцать крупнейших сигнатур. Залп… по готовности.
На палубе «Орлова» беззвучно поднялись шестьдесят четыре бронированные крышки. Адмирал Того и его офицеры с ужасом смотрели, как из чрева вражеского монстра в небо с оглушительным ревом устремились десятки огненных столбов. Они летели не по баллистической траектории, как снаряды, а выравнивались и на огромной скорости устремлялись к японскому флоту, оставляя за собой дымные следы.
— Что это?! — закричал кто-то на мостике «Микасы». — Летающие торпеды?!
Они не успели понять. Через минуту ад начался.
Первая ракета «Гранит-1» врезалась в броненосец «Асахи». Полутонная боеголовка прошила палубу и взорвалась в артиллерийских погребах. Корабль водоизмещением в 15 000 тонн просто перестал существовать. На его месте в небо взметнулся огненно-черный гриб высотой в несколько сотен метров.
Затем ракеты начали поражать одну цель за другой. «Сикисима», «Фудзи», «Ясима» — гордость японского флота — превращались в пылающие руины. Взрывы чудовищной силы рвали сталь, как бумагу. На мостике «Микасы» люди падали на палубу, оглушенные и ослепленные. Адмирал Того стоял, вцепившись в поручень, и с немым ужасом смотрел, как его флот, его мечта, его жизнь, гибнет в апокалиптическом огне, не сделав ни единого выстрела.
— Ответный огонь! — закричал он в пустоту, но его никто не слушал. Паника и хаос поглотили все.
Четыре уцелевших броненосца, включая «Микасу», и несколько крейсеров в отчаянии ринулись вперед, пытаясь сократить дистанцию. Это было их последней ошибкой.
На «Князе Орлове» раздался низкий, вибрирующий гул, словно пробудился древний титан. Гигантские 457-мм башни плавно довернули стволы.
— Главный калибр, — скомандовал мой дубль. — Цель — «Микаса». Огонь.
Не было привычного грохота порохового выстрела. Лишь оглушительный электрический треск и почти беззвучный сверхзвуковой хлопок. Урановые болванки, невидимые глазу, пронзили пространство. Снаряд вошел в носовую часть «Микасы», прошел корабль насквозь по диагонали, разрывая переборки и механизмы, и вышел у кормы, оставив за собой идеальное круглое отверстие диаметром в полметра. Кинетическая энергия удара была такова, что позвоночник корабля переломился. Флагман адмирала Того задрал нос и корму и за считанные секунды ушел под воду, унося с собой всего адмирала и его штаб.
Следующие залпы добили оставшихся. Это было не сражение. Это было истребление. Четыре эсминца-ракетоносца класса «Гром» из эскорта «Орлова» тем временем охотились на разбегающиеся крейсера и эсминцы, добивая их ракетами меньшего калибра.
Через двадцать минут после первого залпа в Цусимском проливе воцарилась тишина, нарушаемая лишь треском догорающих обломков и криками немногих выживших в ледяной воде. Весь Объединенный флот Японии прекратил свое существование. Моя эскадра не получила ни единой царапины.
Новость о Цусимском побоище (как его тут же окрестили) ударила по миру, как тот самый гиперзвуковой снаряд. Телеграфные агентства захлебывались от сообщений. Первые донесения были настолько невероятными, что их сочли бредом или русской дезинформацией. Но когда нейтральные суда, бывшие свидетелями бойни, добрались до портов, мир содрогнулся.