Данные поступали потоком. Венера оказалась предсказуемым адом. Свинцовые облака серной кислоты, чудовищное давление и температура, при которой плавится свинец. Бесперспективно, по крайней мере, на данном этапе.
Но Марс… Марс был надеждой.
Зонды провели полную топографическую съемку, радарное сканирование коры и спектральный анализ атмосферы. Результаты, обработанные моими суперкомпьютерами (скопированными аналогами «Cray-1» из будущего), были выведены на экран.
Атмосфера: Разреженная, 96 % углекислого газа. Но она была.
Температура: Холодно, но в экваториальных районах летом поднимается до +20 °C.
Вода: Главный приз. Радары подтвердили наличие огромных запасов водяного льда в полярных шапках и, что более важно, в виде вечной мерзлоты под поверхностью на огромных территориях.
Ресурсы: Геомантия и так позволяла мне «видеть» планету насквозь, но зонды подтвердили это для всех. Кора Марса была богата железом (что и придавало ей красный цвет), кремнием, алюминием, титаном.
Один из моих ученых, взволнованно поправляя очки, повернулся к доппельгангеру.
— Князь, это… это невероятно. Планета мертва, но у нее есть все для жизни. Если мы сможем растопить лед и уплотнить атмосферу… это будет вторая Земля!
Мой доппельгангер кивнул. «Готовьте полный отчет для Государя Императора. Проект "Арес" переходит в следующую фазу. Фазу колонизации».
Часть IV. Небесные Колесницы
Конец июля 1914 года. На космодроме Байконур, расширенном и перестроенном в главный космопорт планеты, было не протолкнуться. Здесь собрался весь свет Империи и союзных держав. Государь Император Александр III, выглядевший благодаря моему лечению на 50 лет, но сохранивший всю свою царственную мощь, стоял на главной трибуне. Рядом с ним — наследник Николай со своими двумя женами, мои жены с детьми, кайзер Вильгельм, итальянский король, президент США и глава Южноамериканской Конфедерации.
Все смотрели на Него. На то, что стояло на стартовом столе. Это был не «Союз», не «Ангара». Это был корабль принципиально нового класса. «Святогор-1».
Он не был похож на ракету. Скорее, на огромный, вытянутый снаряд длиной в сто метров, с короткими крыльями-стабилизаторами. У него не было отделяемых ступеней. Это был единый, многоразовый космический корабль для полетов внутри системы.
Я вышел к микрофону.
— Государь, Ваше Величество, дамы и господа! Сегодня вы видите не просто новый корабль. Вы видите ключ к Солнечной системе. В сердце "Святогора" — не химический двигатель. Там бьется сердце маленькой звезды. Мы называем его "Прометей-1" — первый в мире компактный термоядерный реактор на гелии-3.
Я сделал паузу, давая словам возыметь эффект.
— Вдохновением для него послужили теоретические работы о "Токамаках", которые хранились в архивах Академии Наук. Но теория была далека от практики. С помощью новых материалов и технологий мы смогли создать магнитное поле невероятной мощности, удерживающее плазму температурой в сто миллионов градусов. "Святогор" способен долететь до Луны за шесть часов. До Марса — за три недели. Он несет на борту сто тонн груза или двести колонистов. Он — наш мост к другим мирам.
Под аплодисменты толпы пилот-испытатель, один из моих сибирских детей, занял место в кабине. Двигатель не взревел, как химический. Он издал низкий, нарастающий гул, и корабль окутало слабое голубоватое сияние. Затем «Святогор», без огня и дыма, плавно и с невероятным ускорением оторвался от земли и устремился в зенит, через минуту превратившись в яркую звезду.
Александр III подошел ко мне и крепко пожал руку. В его глазах было благоговение.
— Ты, Александр… ты даешь России не просто новые земли. Ты даешь ей звезды. Бог с тобой, сын мой. — Он уже давно называл меня так в частных беседах.
Часть V. Рождение Железных Людей
Презентация «Святогора» была для публики. Настоящая революция готовилась в тишине, в секретном научно-исследовательском институте кибернетики в Орлов-Граде-3. В августе я собрал там узкий круг — Викторию, Ганса Кляйна и нескольких ведущих инженеров.
Мы вошли в огромный сборочный цех. Вдоль стен стояли они. Будущее труда.
С одной стороны — человекоподобные роботы. Большие, около двух с половиной метров ростом, они выглядели неуклюжими и угловатыми. Их корпуса из титановых сплавов были лишены изящества. Я назвал их серия «Трудовик-1».
— Это — наши будущие строители, шахтеры и грузчики, — объяснил я. — Они медлительны, но невероятно сильны и выносливы. Каждый может поднять до десяти тонн. Они будут строить города на Марсе, пока люди будут заниматься наукой и управлением.