- Алло, Кать?
-Да, любимый, всё в порядке?
-Не совсем. Позвони Грише, чтобы он вызвал наряд охраны домой и скажи, пусть сопроводят всех к маме с папой домой. Всех. Возьмите, пожалуйста, необходимые вещи. Я тебя очень прошу, - я всхлипнул.- Я тебя очень прошу приехать, милая. Не волнуйся только, но ты мне нужна сейчас. Очень нужна. Я тебя жду в офисе и очень люблю. Пусть Гриша едет с тобой. Но самых ответственных людей пускай оставит с родителями. И будь осторожна, хорошо?
-Хорошо. Я тебя тоже люблю. Жди меня, я скоро буду. Только очень жди, слышишь?
- Да, буду. Целую, - я положил трубку.
Я положил трубку и завыл. Вся боль от раны на плече, ножа в спине и осознания того, что я жил во лжи захлестнули меня.
В голове я уже начал выстраивать план действий.
Теперь надо позвонить в скорую помощь. Нельзя опускать руки. Мысли начали чётко прорисовывать план действий. Я теперь ни в ком не уверен. Нельзя доверять тому, с кем я познакомился во время избирательной кампании. Только те люди, которые были в жизни до этого момента. Такие как Катя – моя жена, Гриша - мой одноклассник ,владелец охранного предприятия. Я начал вспоминать, кто ещё из моих друзей участвовал в кампании и мог мне помочь.
А ещё, наверняка, сюда уже поднимается охрана. Я не могу быть уверенным на сто процентов в их надежности, хоть Гриша и проверяет своих людей. Поэтому на всякий случай надо включить камеру на телефоне и положить его в нагрудный карман.
Даже если это не агенты Руслана, то в любом случае трудно будет им объяснить, что произошло. Придётся делать вид, что у меня болевой шок и я не в состоянии говорить. По крайней мере, до момента, как меня выведут к другим людям на улицу.
Сначала надо убрать предателей. Это первое. У меня будет на это несколько дней, накрывать надо всех и сразу. Можно обратиться к другим партиям, но там тоже могут быть предатели.
Единственное, что сейчас приходило на ум – взять всё в свои руки. Допустим если официально не объявлять о случившемся, будет пару дней на чистку своих рядов в партии. Потом обратиться к соседним дружественным государствам за помощью и разъяснить ситуацию. Выступить перед людьми. Мне будет очень трудно смотреть им в глаза. Ведь именно я их обманывал ,со мной они говорили, встречались, пока Руслан сидел в кабинете ждал приглашения.
Но с другой стороны, как отметил уже бывший президент, это меня выбрали, а не его. Значит, какая-то сила за мной есть. И люди могут пойти за мной. Надо ещё уточнить закон на этот счёт, но вполне возможно, если связаться с правильными людьми, то я смогу занять место главы Государства. Или хотя бы не позволить захватить наше государство таким же предателям, как Руслан.
Ко мне начало приходить осознание, что и в правду. Это я его сделал народным героем. Я создал этого монстра. По сути, это меня и мою ложь выбрали президентом, а не его.
Я – монстр. Я – лжец. Я - слепой глупец.
- Надо как-то красиво запомнить этот момент,- пробормотал я.
Сдерживаясь, чтобы не плакать от боли я подошёл к краю стола и облокотился на него. Внизу уже сверкали мигалки скорой и полиции. Скорее всего, сюда уже ехал лифт с охранной.
- Я не могу доверить эту страну другим .Я могу быть уверен только в себе и близких. Но никому не хватит злобы, чтобы отомстить,- любил я время от времени поговорить с умным человеком - с собой. – Нет, людей тоже жалко и я тоже о них думаю. Но хочется отомстить этим мудилам. которые сделали из меня главного дурака.
Нет, всё же надо постараться остаться на плаву, и лучше всего в кресле главы государства. Хочу сначала за себя отомстить. Что же, я принимаю войну. Отныне это больше чем ради общего блага. Это для себя. Я выбираю жить на благо общества и моя жизнь в его руках. Видимо, я отдохну уже на пенсии.
Я смотрел на ночную столицу сверкающую различными цветами. Вон, люди даже фейерверк запускают.
Что же будет, когда они узнают?
Ветер играл в моих волосах, проникал под одежду прямо в рану. Время от времени, резал лицо мелкими кусочками, разноцветного от проявления радости людей, стекла.
Сколько ещё таких же фальшивок в этой стране. Предстоит очень много работы. Больше я не смогу поехать в отпуск в любой момент… Сколько ещё пропущу утренников и выпавших молочных зубов? Смогу ли я ещё помочь доделать ремонт родственникам или собирать яблоки осенью у родителей? Сколько еще раз, я вынужден буду променять семью на мой народ? На такие же миллионы других семей. Я растворюсь среди них.